Menu

Поддержите проект, разместите новость в своей ленте!

Константин МОчар: Неформат по воскресеньям - рассказ ПРОБЛЕМЫ ПРАВДОПОДОБИЯ* ФАНТАСТИКИ В СВЕТЕ ЧУЖИХ ОТКРЫТЫХ ОКОН

766232

...Итак, новое воскресенье, и новый "Неформат" (1, 2, 3, 4, 5)

В своё время - 2 августа 2015-го - в старой ещё редакции, я уже показывал этот фантастический  рассказ (6). Теперь, в новой редакции, предлагаю его посмотреть ещё раз...

И,  напоминаю - для тех моих читателей, кому "невтерпёж" дожидаться очередных публикаций, можно прочитать их на Прозе.ру (8), под моим резюме-тире-авторской справкой, в разделе Произведения.

Или, если есть желание посмотреть последние их редакции, да ещё и с иллюстрациями, надо "забить" в поисковую строку Яндекса и (или) Гугла такую конструкцию - КОНТ Константин МОчар Неформат... (и дальше, после слова "Неформат", поместить название любого рассказа, этюда или эссе из раздела "Произведения" - или из "Рассказы" - фантастика; или из сборника текстов "Юркин калейдоскоп", роман в историях и картинках - как бы роман из собственной жизни, с попыткой её художественного переосмысления).

Сегодня снова смотрим текст из раздела "Рассказы" - фантастика...

Это, кстати, первая моя публикация в центральных изданиях. А именно -  в "Технике молодёжи", в мае 1999-го года... (7)  

                                                         *        *         *

День клонился к вечеру.

Ближайшая электричка отправлялась со станции через час с небольшим, так что можно было не торопиться. Да и две корзины белых грибов, полные доверху, казались не такими легкими, как раньше.

Возле роскошной виллы, почти упираясь в забор, прежде стоял старый тополь. 

Теперь от него осталось лишь большое кружало пня с коричневыми годовыми кольцами на желтовато-белом срезе. Оно словно само пригласило меня присесть.

Тоненькую полоску цветника отмежевывала от улицы ажурная чугунная ограда. Ее кирпичный столбик грел мне спину накопленным за день теплом, как хороший немецкий нагреватель. Пышный куст сирени, окруживший пень, источал тонкий и свежий аромат.

Вилла располагалась на окраине поселка, у еловой рощи, куда меня уже три года водила грибная страсть.

На прошлой неделе я с большим удивлением узнал, что "скромная хижина" стала собственностью писателя Вадима Жукова. Он многим известен был в равной степени как своими книгами, так и долгами.

Это о Жукове, наверное, придумали знаменитый анекдот:

- Что ты сделаешь, получив миллион?

- Долги отдам.

- А остальные?

- Остальные подождут.

И вот этот вечный должник умудрился купить роскошный особняк, машину...

Противный скрежет тормозов заставил меня вздрогнуть.

У виллы резко остановился представительный "БМВ" с московскими номерами. 

Из машины вышел молодой человек в дорогом сером костюме. Он громко хлопнул дверцей и устремился к незапертой калитке. На  большой голове сквозь жиденькие каштановые волосы проблёскивала лысина, в руке молодой человек с брезгливым видом нес объемистую папку с голубыми обложками.

Я уже видел раньше и эту округлую голову, и странно выпяченный животик, словно его хозяин проглотил мяч. Гостя звали Ив Муравлев, и заведовал он редакцией НФ в том самом издательстве, где я безуспешно пытался напечататься.

Правда, ещё недавно он откликался на имя Иван Сергеевич, но после творческой поездки по странам Бенилюкса имя незаметно “усохло”.

Гость коротко позвонил, и ему тотчас открыли.

"Горничная" - машинально отметил я, увидев белый передник.

Я все никак не мог достать из кармана зажигалку - мешали ключи, кошелек, проездной билет в целлулоидном чехольчике.  Но...  едва  заслышал разговор, доносившийся из открытого окна виллы, как напрочь забыл и о куреве, и о редких в это время суток электричках.

Конечно, подслушивать нехорошо, но так уж вышло - совершенно случайно.

- Что ты мне подсунул?! - возмущенно вопрошал вошедший.

- Ты что, разучился писать?! Или думаешь, сделав себе имя, можешь карябать что угодно? А я, идиот, понадеялся на тебя!

- Не понимаю, чем ты недоволен, - сухо отозвался другой голос, тоже знакомый мне.

Это был Вадим Жуков, объект моей жгучей зависти.    Я представил его низенькую плотную фигуру, бульдожьи щеки, коротенькую щетку жестких седоватых волос…

- Лично мне повесть нравится. И написана она с не меньшим старанием, чем предыдущие мои вещи. Объясни, будь добр, к чему вы в издательстве прицепились?

- Он еще спрашивает! Ты забыл, что фантастика должна быть правдоподобной, то есть опираться на знакомые читателю детали, на образы реальной действительности? Такого наворотить... Что с тобой стряслось?

Помолчав, Вадим нерешительно начал:

- Ладно, изволь. Расскажу, хоть и сомневаюсь, что поверишь. Помнишь, меня не было в Москве около двух месяцев. Но обретался я не на море, как говорил всем, а в одной из соседних... звездных систем. Как раз о ней и идет речь в моей вещи.

Гость словно чем-то поперхнулся, но Жуков невозмутимо продолжил:

- Видишь ли, тайно пребывающим на Земле жителям планеты Твак надоело читать все те несуразности, которые мы сочиняем об инопланетянах. Одного из писателей они решили ненадолго перекинуть к себе на родину. Случайно им оказался именно я. Не знаю, каким горючим заправляется их корабль - кстати, и впрямь летающая тарелка, но на их планете мы были уже спустя несколько дней.

- И как там встретили посланца Земли? - с плохо скрываемой иронией спросил Ив.

- Представь себе - никак. Доставили меня туда нелегально. Похоже, начальство моих новых друзей подобные турпоездки землян не приветствует. Так что экипировали меня ребята по-ихнему, натянули парик, чтобы спрятать уши - у них, видишь ли, нет ушных раковин, намазали гримом, и начали таскать по своей планете. Можешь поверить: впечатлений - на добрую сотню книг.

- Предположим, - сказал Муравлев, - ты действительно гостил у инопланетян. Допустим, у тебя в самом деле куча материала. Только творения эти, написанные так же "реалистично", как последняя злополучная повесть, никто никогда не напечатает. Есть ведь законы жанра! А начнешь доказывать, что был там и все это видел - в дурдом упекут. Так что оставь свои откровения при себе. А сочинения - если накропал что-то еще в этом духе – спрячь подальше. Если, конечно, не доведешь их до приемлемого уровня. Будь здоров, "путешественник".

Уже слышался скрип открываемой двери, когда Ив спросил:

- Кстати, Вадим, откуда у тебя эта вилла, прислуга? Говорят, и шестисотым «Мерседесом» обзавелся?

- А ты думаешь, экскурсию мне организовали только для того, чтобы земляне правильнее представили себе их образ жизни? Гуманоид, устроивший межзвездную командировку, весьма богат. Он жаждет литературной славы, а писать не умеет. Вот и договорился со мной на несколько романов о Земле - на заданные темы. Деньги, на которые я купил все это - аванс. С вашим издательством ведь не очень-то заживешь! Кстати, сегодня инопланетянин зайдет за второй частью романа.

- Ладно-ладно, будь здоров. Некогда мне с твоими гуманоидами. Так уж и быть, если доведешь повесть до нормального вида к концу недели, звони. Антураж там все-таки довольно любопытный.

Муравлев вышел и сел в машину. Уже заводя двигатель, он все еще удивленно кивал головой и таращил глаза.

Ни Ив, ни горничная за кустом сирени меня не заметили.

Я полностью был с ним солидарен. Ох уж этот Жуков, сказал бы честно:

"Извини, дружище, у всех бывают неудачи. Не в форме я, видно, в последнее время". Тоже мне маститый писатель - нагородил черт знает чего, а талантливая молодежь пропадает.

Сирень, окружавшая меня со всех сторон, все так же сказочно пахла в ночной прохладе, и совсем не хотелось домой.

Но еще через несколько минут я снова прикипел к шероховатой поверхности пня - в небе вдруг возник тонкий, свистящий, не очень громкий звук.

Что-то зависло чуть ли не над моей головой, и свист поменялся сиплым шипением, словно открылась дверь дорогого автобуса.

Прямо на клумбу в глубине двора опустилась... летающая тарелка!

Громко щелкнув дверцей-трапом, к вилле направился инопланетянин с пухлой голубой папкой в руках. Был он совсем как мы, если не считать отсутствия ушных раковин, да отчего-то волосы дыбом встали на его неестественно круглой, шарообразной, голове.

Белым мотыльком мигнул передник горничной у входной двери, и гость почти бегом скрылся в доме.

Пока я вспоминал, что обычно делают люди, увидевшие гуманоида, странный квакающий голос за окном возмущенно произнес:

- Что вы нам подсунули!..

                                             *           *          *

* -  в оригинале вместо «правдоподобия» было «реалистичности».

                                            *           *           *

                                                  Ссылки

1. Неформат по воскресеньям * рассказ "За евреев"

https://cont.ws/@kmochar-64/73...

2. Неформат по воскресеньям - рассказ "НА ХУТОРЕ"

https://cont.ws/@kmochar-64/74...

3. Неформат по воскресеньям - рассказ ТАТО

https://cont.ws/@kmochar-64/74...

4. Неформат по воскресеньям - рассказ  МАМА-РАБОТА 

https://cont.ws/@kmochar-64/75...

5. Неформат по воскресеньям -  МОНОЛОГ КВАРТИРОСЪЁМЩИКА  

https://cont.ws/@kmochar-64/76...

6. Неформат по воскресеньям - рассказ ПРОБЛЕМЫ *ПРАВДОПОДОБИЯ ФАНТАСТИКИ В СВЕТЕ ЧУЖИХ ОТКРЫТЫХ ОКОН   (предыдущий вариант)

https://cont.ws/@kmochar-64/11...

7.  Константин Мочар. Проблемы правдоподобия фантастики в свете чужих открытых окон: [Фантастический рассказ] // Техника – молодежи, 1999, №5 – с.53-54

http://zhurnalko.net/

8. Проза.ру / Константин МОчар

http://www.proza.ru/avtor/kost...

                                         *           *          *

Специально для журнала "Южнорусский фронт"

и сайта "Канал независимых новостей"   http://cnl.su/

Источник

 

Подробнее ...

ЮЛИЯ ЛАНТУХ, МАТЬ ДЕТЕЙ, ПОГИБШИХ В ГЕРМАНИИ «Только работая, могу я пережить убийство моих детей»

Yulia-Lantukh-Alemania-junto-fotografias 1188191600 74498321 667x375

Бывшая жена «Бретон-Севильи» надеется, что он никогда не выйдет из тюрьмы и не сомневается, что он находился под воздействием наркотиков, как он сказал в ходе судебного разбирательства.

descansan-Miguel-Angel-Leonardo-Alemania 1188191593 74496556 667x375

Гробница, в которой сохранились останки Микеланджело и Леонардо, в Германии.

Юлия Лантух хорошо говорит по-испански. Она делает это очень быстро. Иногда почти в спешке, пока не спотыкается на одном словом, которое не в силах произнести, и заканчивает предложение «я не знаю», который появляется в конце как тик.

Хотя она признает, что ей трудно говорить о себе и чувствовать себя главным героем, она соглашается провести телефонное интервью с этой газетой, через восемь месяцев после того, как ее бывший партнер, инженер Севильи Хуан Серхио Олива Гомес, 40 лет, предположительно убил его двое детей, Мигель Анхель и Леонардо, 5 и 4 года. Двое детей родились в Севилье и эмигрировали с родителями в Германию в 2014 году. Оба они были убиты 18 февраля в доме их отца в маленьком городке Аурих, в 25 километрах от Штутгарта.

Судебное разбирательство против Серхио Оливы началось 25 октября и планируется до 12 декабря. Будет проведено десять слушаний, в которых появятся более тридцати свидетелей, включая нескольких родственников и друзей этого инженера из района Сан-Херонимо, которые отправятся из Севильи в Германию для дачи показаний в суде. Его бывшая жена, тем временем, живет на грани выживания...

Юля Лантух, 35 лет, русская, в Германии оказывает помощь своей матери, которая переехала из России. Теперь она посещает начало судебного процесса и только надеется, что ее бывший супруг и отец детей будет наказан.

Ее жизнь монотонна. Она живет только на работе.

 «Я начинаю работать утром, очень рано, много дней. Я работаю по двенадцать часов, останавливаюсь на полчаса, и опять продолжаю работать, только тогда я смогу выжить», - объясняет она.

Она говорит, что хочет жить только для того, чтобы быть донором органов, что, когда кому-то нужно сердце, она сможет его отдать. Она проводит ночи, обнимая одежду своих детей, потому что они все еще сохраняют запах детей. Ее мать пыталась изменить окружение и обстановку, чтобы она могла попытаться победить то, что произошло, но она против. Она не хочет ничего менять... Ненамного меньше брось что-нибудь. Она хочет, чтобы комната была такой же, как и до убийств, как будто она может вернуть своих детей и ничего не трогать дома.

«МНЕ ОЧЕНЬ БОЛЬНО, ЧТО СЕМЬЯ СЕРХИО НЕ СПРОСИЛА МЕНЯ, ГДЕ ПОХОРОНЕНЫ ДЕТИ»

Часто отправляйтесь на кладбище, где покоится пепел двух детей. Это колумбарий, совершенно отличный от колумбария в Испании.

 Пепел похоронен, вокруг них растут разные цветы. Юлия пересаживает растения каждые три месяца, чтобы всегда оставались свежие цветы вокруг останков детей. Нет надгробия или надписи, и только одна фотография идентифицирует жертв этого зверского преступления.

Несколько недель назад Юлия связалась с Рут Ортис, бывшей женой Хосе Бретона.

 «Это ей очень помогло, но она не спешила звонить ей, потому что до сих пор она не могла говорить о том, что произошло», - говорит один из друзей, о молодой русской девушке из Севильи.

После того, как пара разошлась, в августе 2016 года Серхио Олива угрожал Юлии Лантух что поступит как Бретон.

Семья Оливы, с которой эта газета связалась после двойного преступления, не дала никакого ответа на наши вопросы. Но в последствии в суде отрицали, что Серхио Олива угрожал убить детей.

Юлия рассказывает:

«Однажды он рассказал мне о Бретоне, он сказал, что если он расстанется со мной то, он сделает то же самое что и Бретон со своими детьми, но я никогда не думала, что он сделает что-то подобное». Он всегда говорил, что очень любит детей.

«ОН ГОВОРИТ, ЧТО ОН БОЛЕН, НО ОН ГОВОРИТ ОЧЕНЬ ХОРОШО, ОН ВЫГЛЯДИТ НЕ ТАК УЖ ПЛОХО, ОН РАССКАЗАЛ СУДЬЕ ВСЕ, ЧТО ОН ИЗУЧИЛ».

Отношение семьи предполагаемого убийцы недостойно…

«Я знаю, что сестра Серхио приехала в Германию, она посещала тюрьму, но она даже не позвонила мне… не ради меня, а ради ее племянников».

9 ноября запланировано слушание матери отцеубийства Антонии; сестры, Марии дель Кармен; и его лучшего друга, Альваро, который был крестным отцом Мигеля Анхеля, самого старшего из убитых детей.

 «Они написали письмо, поддерживающее Серхио, и никто даже не спросил меня где дети похоронены», - говорит Юлия.

«Мне так больно, что бабушка, которая так много говорила, что хотела Микеланджело, ничего не спрашивала ... Лео не любила так сильно, но ...
Но дело не только в бабушке, у нее тоже есть дети, и мы много говорили о… Но теперь кажется, что дети мои одни, никто ничего не послал, никто не спросил и не попытался найти их на кладбище, даже один из его друзей угрожал мне, комментируя записи в Facebook против Серхио. У них же тоже дети в Севилье, я знаю, я думаю, что это не нормально».

Юлии предстоит испытание, и я желаю ей что бы «быстрее все кончилось». 25 октября состоялось первое заседание, единственное, что было проведено до сих пор. В тот день Серхио Олива заявил, что до тех пор он взял свое право на молчание и в полиции, так и суде, которые проводили расследование по делу. О двойном убийстве, Олива сказала, что ничего не помнит о фактах. Единственное, что он помнит в тот день, это очень яркий свет, возможно, фонарик, который фокусировался на его лице, и рядом с ним открылась и пустая бутылка антидепрессантов.

Кроме того, он сосредоточил свое выступление на своих профессиональных навыках, в качестве инженера по телекоммуникациям и медсестры. Он сказал, что должен был начать работать в марте в немецкой компании,

«На суде Серджио говорил о себе, он говорил о фонарике и баночке с таблетками, но, когда я вошла в дом, Серхио был на кухне, а дети были в гостиной», - объясняет Юлия.

«Я звонила ему раньше многократно, а он не отвечал, я пошла к нему домой…, он тихо сидел на кухне, он мог принимать таблетки и до и после убийства детей, потому что это было длительное время с тех пор, как они умерли, пока я не пришла к нему домой».

«ТАКИЕ ЛЮДИ, КАК ОН, НИКОГДА НЕ ДОЛЖНЫ ВЫХОДИТЬ ИЗ ТЮРЬМЫ, НЕ ДОЛЖНЫ ИМЕТЬ ДРУГОЙ ВОЗМОЖНОСТИ, ПОТОМУ ЧТО У МОИХ ДЕТЕЙ ЭТОГО НЕ БЫЛО»

«Он говорит, что он больной, но он хорошо говорит…, он выглядит не так уж плохо, он начал говорить, что не может говорить…, но потом он много говорил, и очень хорошо…, о себе, он рассказал все, что изучал, и все, что он делал… Но он не отвечал на вопросы моего адвоката, прокурора, судьи, и особенно тех, которые были связаны с днем ​​преступления».

 Олива пытается своим заявлением доказать, что болен и что он действовал под воздействием передозировки наркотиков, возможно, добивается того, чтобы исполнение приговора передали в психиатрическую больницу, а не в тюрьму.

«Я не врач, я ничего не могу сказать об этом, но есть много людей, которые сомневаются в этом, они обвиняют его в том, что он бил детей камнем по голове, а затем бил ножом в сердце, возможно ли, что Транквилизаторы приведут к этому? »- спрашивает Юлия, которая указывает на данные, извлеченные из судебного отчета.

У детей были травмы черепа, вызванные тупым предметом, возможно, камнем или кирпичом, а также ранами ножом в сердце. На первом заседании суда обвиняемому, а также суду были показаны фотографии трупов. «Они не позволили мне увидеть их».

Пара познакомилась в 2009 году в Интернете. Оба жили в Севилье, где родились дети. В 2014 году Серхио Олива, который некоторое время был безработным, решил испытать удачу в Германии куда он поехал на заработки. Олива плохо адаптировался. Депрессия и упадок духа преследовали его. Через три месяца он попросил Юлию переехать к нему в Германию из Севильи. Если бы она этого не сделала, он бы вернулся в Испанию и поселился в доме своих родителей в Санлукар-де-Баррамеде. Юлия согласилась на предложение и отправилась в Германию со своими детьми.

«Я НИЧЕГО НЕ ДУМАЮ О БУДУЩЕМ, Я ХОЧУ ВЕРНУТЬСЯ В СЕВИЛЬЮ ОДНАЖДЫ, ПОТОМУ ЧТО У МЕНЯ ТАМ МНОГО ДРУЗЕЙ»,

«Я сделала все возможное, чтобы побороть свою депрессию. Я сменила работу, чтобы быть ближе к детской.
С августа мы не жили вместе, и старалась избегать контактов с ним. Потому что сильно не ладили и старались не общаться. Он сказал мне, что поедет в Испанию в марте, покупать новую машину, и хотел привести мою мать в Германию, чтобы она могла заботиться о детях, и он мог спокойно уйти. Он не умел о детях заботиться».

Слушанье Юлии было назначено 25-го число после обвиняемого, но не смогло закончить, потому что сессия была сокращена в четыре часа дня по недоверию адвоката обвинения. Слушанье продолжаться 7-го числа. На этот день заявлены в свидетели представители служб экстренной помощи и будут опрошены полиция и соседи, которые вошли в дом.

Она надеется, что этот случай поможет «другим не допустить смерть ребенка». Фактически заявляет, что это единственная причина, почему Юлия дает это интервью, чтобы попытаться сделать общество более осведомленным.

«Дети должны быть защищены, они невиновны, мы взрослые можем защитить себя, но дети не могут, я не могу понять, что отец, который спит с ними, может убить их, и мое дело не единственное, это происходит слишком часто».

«Я ПРОВОДИЛА ДНИ, ЦАРАПАЯ СЕБЕ ВСЕ ТЕЛО ДО КРОВИ, Я ТАК БОЯЛАСЬ ...»

Она хотела, чтобы суд закончился. Серджио не хочет оставаться в тюрьме…

«Такие люди, как он, никогда не должны выходить, я делаю все, что в моих силах, чтобы не думать о нем, но я не хочу, чтобы он вышел, я не хочу, чтобы у него был еще один шанс, такие люди, как он, не могут иметь шанса начать новую жизнь потому что у моих детей больше нет шансов, у него есть прошлое, у моих детей нет».

И она настаивает на призыве повысить осведомленность о преступлениях против детей:

«Я хочу, чтобы мы сделали что-то, чтобы никто другой не смог убить ребенка, между прочим, мы все должны что-то сделать, чтобы мужчины и женщины не могли убивать своих детей».

Ее будущее, на данный момент, находится в Германии. Она не хочет уезжать от места, где похоронены Микеланджело и Леонардо.

«У меня нет никаких планов, когда ни будь будут, но не сейчас, а сейчас лучше не думать слишком много о будущем».

Когда-нибудь она вернется в Испанию.

«У меня там много друзей, это действительно то, что я хотела бы сделать, но мне трудно думать, что я должна оставить детей здесь, на кладбище».

Пока что единственное, о чем она говорит, это то, что она будет регулярно приносить цветы.

«Я очень благодарна за поддержку, которая пришла ко мне из Испании»

Юлия Лантух очень благодарна всем людям, которые отправили ей приветственные письма через WhatsApp, Facebook и другие социальные сети. Русская община в Севилье обратилась, чтобы помочь ей, и отправила письма в суд и даже собирает подписи, чтобы поддержать ее дело. Юля хочет воспользоваться интервью, чтобы поблагодарить за эту работу.

«Большое вам спасибо, я никогда не думала, что так много людей могут написать мне и отправить мне столько сообщений поддержки, они многое сделали для меня, я очень благодарю за эту поддержку, и у меня нет слов, чтобы поблагодарить всех моих друзей, русских и испанцев за помощь, которую я получила. В Германии я тоже это чувствовала, но ни так как в Испании, я думала, что они могут начать защитить Серхио за то, что он тоже испанец, но как раз наоборот, большое спасибо всем».

Лантух признает, что какое-то время он не хотела ни с кем разговаривать. «Когда это случилось, я просто хотела спрятаться, я не выходила, я боялась всего… Мне было так плохо, что я целый день царапала все свое тело, пока не раздеру. Я всегда плакала, я даже не мог сесть, я так боялась, что даже не могла говорить ни с кем».

 Восемь месяцев спустя она только плачет, когда говорит о детях.

«Это то, что я до сих пор не могу контролировать, но работа помогает мне. Когда я работаю, я ничего не думаю, теперь я собираюсь поужинать, а завтра я встану в четыре часа ночи, чтобы провести еще один день».

Перевод Мария Смирнова

Подробнее ...

Константин МОчар: Неформат по воскресеньям - "МОНОЛОГ КВАРТИРОСЪЁМЩИКА"

760226

...Итак, новое воскресенье, и новый "Неформат" (1, 2, 3,4)

В своё время - 2 августа 2015-го - в старой ещё редакции, я уже показывал этот фантастический "рассказик", с претензией на юмор (5).   Теперь, в новой редакции, предлагаю его посмотреть ещё раз...

И, ещё раз, напоминаю - для тех моих читателей, кому "невтерпёж" дожидаться очередных публикаций, можно прочитать их на Прозе.ру (6), под моим резюме-тире-авторской справкой, в разделе Произведения.

Или, если есть желание посмотреть последние их редакции, да ещё и с иллюстрациями, надо "забить" в поисковую строку Яндекса и (или) Гугла такую конструкцию - КОНТ Константин МОчар Неформат... (и дальше, после слова "Неформат", поместить название любого рассказа, этюда или эссе из раздела "Произведения" - или из "Рассказы" - фантастика; или из сборника текстов "Юркин калейдоскоп", роман в историях и картинках - как бы роман из собственной жизни, с попыткой её художественного переосмысления).

Так что, ка вы уже поняли, сегодня  попробуем  другой раздел -    "Рассказы" - фантастика...

Это, кстати,  первая моя публикация,  в "ПиФ"е - приложении к журналу "Уральский следопыт" (1990 г., вроде бы) и газете "Комсомолец Донбасса" (1990 г., точно). 

                                                      *        *          *

 ...Нет, чего там говорить, не понимаю я своих сослуживцев.  Постоянно у них разговоры о квартирных проблемах -  то соседи шумят, то вода на голову льётся, то свет или газ отключат...   

У нас же - абсолютно всё в норме.

Что, квартира какая?     Однокомнатная у нас  квартира - на четвёртом этаже, и планировка самая обычная.  И семья обычная, не большая и не маленькая: сынишка, дочь, я с женой Люсей и фокстерьер Буля. 

При чём  -  действительно хорошо всё, можете мне поверить.

...Хотя, конечно, первое время были проблемы кой-какие.

К примеру, соседи нас маленько "глушили".   Слева "доставали" музыкой, справа - машинкой печатной (впечатление было, что за стеной строительный молоток днём и ночью очередями стреляет).      И,  сверху тоже случалось:  там гражданин верхний сосед гирей занимается. Гирей, а после гири - бегом.

В общем, ничего соседи.  Это всё стены - их и по проекту должны были не очень толстыми ставить.  Видно, чтобы материала ещё на такую же "музыкальную шкатулку" хватило.

Нет, звукоизоляцию я не делал – нужный слой был бы такой толщины, что от комнаты осталась бы только половина.     Я просто звуко-уничтожители в каждую стену и потолок встроил.   

Не знаете, что такое звуко-уничтожители?  Ну, маленькие такие, на противо-резонансе.

...Вода с потолка?

Вначале и у нас бывало.    Особенно когда сосед-спортсмен, что сверху, решает пол помыть - бедняга всё ещё холостяк.   Он  сначала всё водой из тазика поливает,   сразу во всей квартире.     Как это   он говорит:  "Чтобы не носиться с ней десять раз".  А затем помаленьку начинает собирать воду тряпкой.   

И - где-то  за час  заканчивает. Если только футбол не пойдёт смотреть.

Так что, бывало,  и нам "поплавать" довелось.

В последний раз моя Люся даже начала психовать.  После чего я ей торжественно пообещал, что больше нам вода на голову литься не будет.

А уж если я  пообещал…

Потолки пришлось обработать  структуро-обменником.   После чего вместо старого рыхлого бетона между нами и соседом сверху металлокерамическая сплошная плита появилась. Сейчас мы ничего не заметим, даже если сосед у себя и плавательный бассейн решит устроить.

...Что там ещё - перебои с газом, водой, светом?

Тоже было, но уже не будет. У нас  теперь в прихожей небольшой ящичек стоит. Энерго-водоснабжатель при отключениях автоматически подает их сам, отбирая из… Не совсем представляю, из чего, но главное - он работает, и работает неплохо.

...Как мы помещаемся в однокомнатной?

Да очень просто - каждый из нас, благодаря пространственнику в прихожей,  имеет свою комнату, в одном из соседних измерений.     Входишь  в прихожую в нашем мире, нажимаешь кнопку на панели аппарата, и спокойно заходишь в дверь, уже своей комнаты.  Да, собака тоже нажимает - носом.   

Я же, как хозяин, в этом измерении комнату имею.   Да и что я, параллельных миров не видел?

...Еще очень часто говорят, что никогда квартира с сельским домом не сравнится.   А я-вот не согласен - почему же ж  это не сравнится?

О решении проблемы свободной площади я уже говорил, а насчет свежих овощей…  У нас возле балкона тоже огородик есть.    На антигравитационной платформе, и невидимый для окружающих.        

Тень от него?  Ни фига подобного - там искривитель солнечных лучей имеется, так что никакой тени и быть не может.

...Так что - квартира хорошая! 

Нас, инопланетян, такие квартиры вполне устраивают...  

                                                  

                                                      *           *            *  

                                                              Ссылки

1. Неформат по воскресеньям * рассказ "За евреев"

https://cont.ws/@kmochar-64/73...

2. Неформат по воскресеньям - рассказ "НА ХУТОРЕ"

https://cont.ws/@kmochar-64/74...

3. Неформат по воскресеньям - рассказ ТАТО

https://cont.ws/@kmochar-64/74...

4. Неформат по воскресеньям - рассказ "МАМА-РАБОТА"  

https://cont.ws/@kmochar-64/75...

5. Неформат по воскресеньям - рассказик (юмор, фантастика) - "МОНОЛОГ КВАРТИРОСЪЁМЩИКА" - старый вариант

https://cont.ws/@kmochar-64/10...

6. Проза.ру / Константин МОчар

http://www.proza.ru/avtor/kost...

                                           *         *         *

Специально для журнала "Южнорусский фронт"

и сайта "Канал независимых новостей"    http://cnl.su/ 

Источник

Подробнее ...

Константин МОчар: Неформат по воскресеньям - рассказ "МАМА-РАБОТА"

753787

...Итак, новое воскресенье, и новый "Неформат"  (1,  2, 3)

В своё время - 6 сентября 2015-го - я уже показывал этот рассказ (  - 4).

Теперь, в новой редакции, предлагаю его посмотреть ещё раз...

И, ещё раз напоминаю - для тех моих читателей, кому   "невтерпёж" дожидаться очередных публикаций, можно прочитать их на Прозе.ру (5), под моим резюме-тире-авторской справкой, в разделе Произведения.

Или, если есть желание посмотреть  последние их редакции, да ещё и с иллюстрациями, надо "забить" в поисковую строку Яндекса и (или) Гугла такую конструкцию - КОНТ Константин МОчар Неформат... (и дальше, после слова "Неформат",  поместить название любого рассказа, этюда или эссе из раздела "Произведения" - или из "Рассказы" - фантастика; или из сборника текстов "Юркин калейдоскоп", роман в историях и картинках - как бы роман из собственной жизни, с попыткой её художественного переосмысления) 

                                                        *         *          *

"Невестка Леся с Янкой приехали. Ещё бы Юра, и младший, Вася, с семьей… Не бывает слишком хорошо".

- Баб Надь, я с папой хожу в университет! Баба Надя, а я умею читать! Баб, а…

Надежда Ивановна счастливо улыбалась, обнимала маленькую непоседу. Пекла ей печенье, и тщательнее мыла чайную кружку для невестки.

"Да-а, как выросла Янка, а как похожа на маленького Юру! И нос, и улыбка, и глаза; только не карие - черные, Лесины. До чего обидно, что не живут рядом. Такую громадину сын поднял, и пустая стоит. А работы ещё столько... Что дом, на кусок хлеба есть у него в той Москве?"

Съездила на поле, мысли всё мешались, не давали покоя:

“Картошку окучить второй раз, полгектара немалый труд для шестидесяти с хвостиком. Дел невпроворот, а здоровье… гриппом переболела, временами в голове туманится”.

Освободила руль велосипеда от тяжеленных брезентовых сумок с тыквами, лязгнула железная калитка за спиной.

Заревели свиньи, словно три дня не кормлены, хорошо, картошка в выварке с утра. Недовольный муж в кресле гостиной - снова что-то болит, только ей и похворать некогда.

И... обмякли ноги, стали ватными, оперлась без сил на раковину.     Полилось по губам, подбородку, на белый фаянс, тёплое и солёное, не рассмотреть сквозь туман в глазах.

Протянула дрожащую ладонь:

- Андрию, що цэ?..

Непривычно беспомощная, лежала на диване, скрутившись калачиком и прижимая к носу передник. Приоткрыта была дверь ванной, и полоса света падала на подушку. Резко выделилось лицо, красное от солнца и ветра; густые каштановые волосы, по-модному короткие, но с частой уже проседью. Виднее стали и морщинки, и мелкие сосуды в уголках глаз.

Ткань тяжелела в слабой руке, темнела в вечерних сумерках. Бордовое окрасило блузку под передником, подбиралось к покрывалу.

Зашумела машина в начале улицы, громче, смолкла под окном.    Володя Мыкуляк, главврач поселковой поликлиники и просто племянник, влетел в комнату. Остановил кое-как кровотечение, измерил давление, озабоченно сморщил веснушчатый нос. Грузно сев у ног больной, положил красный телефон с тумбочки на широкие колени.

Звонко щелкая, снова и снова вертелся диск с цифрами. Володя отрывочно бросал в трубку слова, кивал крупной головой с жидкими волосами, приказывал...

Через полчаса люди в поликлинике были готовы.

Прижгли лопнувший сосудик, и кровь полностью остановилась.

Опять в белые «Жигули» доктора, и обратно домой, уже в темноте.     Убедительно тараща светло-карие глаза, племянник-главврач строго-настрого запретил тете Наде подниматься с постели.

Кровь на следующий день не текла, голова, вроде, не болела. Лежала, и не лежалось.

"Да и прошло уже всё! Хоть несколько рядов картошки окучить, за сорняками осенью не найдешь и урожая."

И мужа в хате нет. За листьями одуванчиков в конец огорода пошкандыбал - куры очень любят.

Встала, походила-походила, вышла на порог. Потихоньку вывезла велосипед, на седло, и в поле.

Старые бицыгли скрипели на ухабах и подпрыгивали, взбивая пыль грунтовки.     Пыль, да жаркое солнце, на поле и нет никого. Лишь далеко впереди, возле железной дороги, женщина в голубом платке мерно машет мотыгой.

А на участке картошка любо так поднялась, подставила солнцу изумрудные ладошки. И тыквы, как поросята с рябыми спинами, в зелени прячутся, каждый лист как шляпа соломенная.

Да, шляпа в такую жару - одно спасение, понемножку-понемножку, один ряд, второй...

Почти полдня проработала.

Только... опять туман пред глазами, от солнца это, от солнца!

Спрятала мотыгу в картофельных кустах, влезла на велосипед.     Дорогу едва видела, как доехала, не помнит. Возле дома кровь не капала, лилась.

…Володя укоризненно закричал ещё с порога. Что неужели тете Наде спокойно нельзя посидеть, что с образованием сельские дамы себя берегут, а она огромные поля обрабатывает да на стройках детей надрывается...

Вытаращил глаза:

- Последний раз предупреждаю, ни в одну больницу не примут!

Больная, с кое-как замытым лицом, виновато улыбалась с дивана.

Опять в поликлинику, опять домой в постель...

Прибежала Леся с Янкой, длинно посмотрела черными сливами. Прихватила сзади волосы и засучила рукава. Худенькая, в красном спортивном костюме, замелькала по дому. Забыла, что решила со свекровью построже, раз Юра с тещей не разговаривает.

И внучка посерьёзнела, села возле бабушки, погладила щёку:

- Бедная, бедная баба Надя!

Крепко поцеловала, заглядывая в лицо, сверкая глазками:

- Правда, уже не болит!?

Слеза вспухла в уголке, залила зрачок:

- Правда! Не болит.

- Теперь надо поспать! - строго сказала Янка, прикрыла ей веки горячими ладошками. Завела, наклоняясь почти к самому уху:

- Сп-я-а-т уста-а-лые иг-ру-ш-ки…

Второй раз Надежда Ивановна убежала из дому через три дня. На велосипед и – вперед, по делам:

«Спать по жизни нечего, как говорится, на том свете отдохнем».

Сначала с опаской, потом - да нормально всё. Поработала малость - ничего. Аг-га - вылечилась! И - опять по полной программе.

Третий раз - как полилось!   

Случилось дома, когда картошку чистила. Села в ванной на пол, склонилась над тазиком. Крови-крови.., мысли мутные:

«Должно ведь остановиться!».

Муж, цепляясь дрожащей рукой за седые волосы, совсем растерялся; кровь с детства не переносит. Пока собрался звонить, Мыкуляк прискочил – случайно так получилось.

Кинулся поднимать тетю Надю с пола, почти поднял. Она на Володю так и повалилась.

Уже только в Тячев везти.

Приехала «скорая», больная в сознание не приходила.   Быстро в райцентр, в больницу, и сразу на стол.

Начали прижигать лопнувший кровеносный сосуд в носу, разорвался другой, повыше. Добрались до этого, лопнул выше.

Слава Богу, успели.

Капельница, донорская кровь. Какой-то алкоголик давеча сдал, но ничего подошла.

Шутили, как бы теперь и Надежда Ивановна пьянкой не увлеклась.

...Совхоз «Верховина» располагался на землях Буштина и ближних сёл. 

Молодым агрономом прибыла она сюда из Полтавщины по распределению. Весёлая, с толстой косой, кареглазая – не один парень заглядывался. По работе каждый день на велосипеде десятки километров накручивала.      Звонкий Надин голос слышен был и в яблоневых садах, в клубнике, на фермах, в конторе.

Многие люди за тридцать пять лет работы в совхозе узнали ее, стали почти родными; да и депутатом сельсовета Надежда Ивановна многие годы.

Как услышали, что приключилось, кинулись в больницу. Кто на автобусе, у кого денег нет - на велосипеде.     Постучатся несмело: “Иванивна, як вы?”.

Другие палаты переполнены, она - одна, как министр.    А дверь не закрывается.   Непривычно это в больнице: посетители, шумно...

Медсестра – полная, щёки красные, бородавка на подбородке:

- Звыняйте, а якойи вы виры?

- Православная я!

- Нэ можэ быты, у нас лыш до баптисткы так прыходылы!..

Скоро Надежда Ивановна  была уже дома, на диване в гостиной. И, кажется, даже смирилась, что какое-то время проведет в постели.

Под рукой детектив, только строчки бессвязными стали, ничего в голову не лезет.  Кругом тихо, покойно, за стеной телевизор едва слышно бормочет, в коридоре холодильник включился.

А в окне слива качается, ветками в стекло постукивает. На улицу вызывает.

"Да, уехали Янка с невесткой. Боже, как далеко ее неспокойные дети".

Опять Володя приходил. Измерил давление, погрозил толстым пальцем.

И дальше калейдоскоп:

«Как там картошка, двор Юре подсыпать повыше, на заседании сельсовета надоедать за ремонт улицы, черешни отходят - срочно соседей пригласить…»

Испуганно подняла глаза на икону в серебряном окладе, Николай-угодник смотрит сурово-сурово.      А, может, и показалось, в полумраке не очень видать.

Край неба светлел и розовел.    Красное, оранжевое, желтое, солнце вставало; вот оно разом плеснуло золотом, залило двор.

Надрывно заорал молодой петух, черный с жёлтыми перьями на шее, заквохтали куры. Хрипло кувикнула свинья с надорванным ухом, тяжело двинула деревянным корытом.

Лучи заглянули и в дом, гостиную, через щель в шторах с рыжими подсолнечниками. Разогнали по углам предутренний сумрак, осветили диван с коричневой обивкой из-под простыни и покрывала.    Как изображение на фотобумаге, проявились черты немолодой женщины.

Затрепетали длинные ресницы, и открылись глаза. Мигнули несколько раз, глянули осмысленно:

"Слава Богу, ещё так много работы  впереди!" 

                                                     *           *           *

                                                            Ссылки

1. Неформат по воскресеньям * рассказ "За евреев"

https://cont.ws/@kmochar-64/73...

2. Неформат по воскресеньям - рассказ "НА ХУТОРЕ"

https://cont.ws/@kmochar-64/74...

3. Неформат по воскресеньям - рассказ ТАТО

https://cont.ws/@kmochar-64/74... 

4. Неформат по воскресеньям - рассказ "МАМА-РАБОТА"  (предыдущий вариант)

https://cont.ws/@kmochar-64/11...

5. Проза.ру Константин МОчар

http://www.proza.ru/avtor/kost...

                                                 *          *          *

Специально для журнала "Южнорусский фронт"

и сайта "Канал независимых новостей"      http://cnl.su/

Источник

Подробнее ...

Константин МОчар: Неформат по воскресеньям - рассказ ТАТО

747618

Как многие уже знают, недавно  я возвратился на КОНТе к старой своей идее - "неформата по воскресеньям" (2,3). То есть пере-опубликовывания мной моих же текстов, из числа размещённых на моей странице сайта Проза.ру (1)

И, вот, третье воскресенье и третий текст... 

В своё время -  6 сентября 2015-го - я уже показывал   этот рассказ ("Тато" - 4).  

Теперь, в новой редакции, предлагаю его посмотреть ещё раз...    

Тем более, судя по тому, что удалось довольно сильно отредактировать старый текст, идея однозначно получилась удачной ещё и из этих соображений (как мы с вами помним - "причина всегда комплексная!" - 4)

Для тех же моих читателей, кому особо понравилось и сильно "невтерпёж" дожидаться очередных публикаций, можно прочитать их на Прозе.ру (1), под моим резюме-тире-авторской справкой, в разделе Произведения.

Или, если есть желание посмотреть более последние их редакции, да ещё и с иллюстрациями, надо "забить" в поисковую строку Яндекса и (или) Гугла такую конструкцию - КОНТ Константин МОчар Неформат... (и дальше поместить название любого рассказа, этюда или эссе из раздела "Произведения" - или из "Рассказы" - фантастика, или из сборника текстов "Юркин калейдоскоп" - роман в историях и картинках (как бы роман из собственной жизни, художественно переосмысленной))

                                                     *           *             *

Юра и Вася понимали, что времени нет совершенно - надо  бежать, лететь...

 У Юры конец работы  только  в восемь, а ещё собраться в дорогу, плотно поужинать...  

И  минуты тикают.

Выехали  около девяти вечера.  

Пятьсот километров до границы пронеслись в один миг и без единой ментовской остановки.    Впереди ждали еще по шесть сотен Белоруссии и Украины.

Усталость после напряженного дня пока не сильно чувствовалась. Да и Вася все говорил-говорил, пытаясь не допустить «отключки»  Юры.

При пересечении границы даже не останавливались - страны в Таможенном союзе.   

Скоро у дороги тускло забелели странноватые надписи: Бобр, Бабруйск, Стоубцы, Слоним. Белая Россия.        

А ещё через полчаса во всю мочь запищал детектор ментовских радаров на лобовом стекле. Если же перед вами нет других машин, «спалили» именно вас.

Вот и светящиеся палки, люди в форме на обочине.    Пошатываясь и зябко поёживаясь, братья вышли из машины.

Окружающий мир казался инопланетным. Странно блестел асфальт в тусклом свете подфарников, обочина обрывалась вниз пугающей пропастью. Тусклое небо без звёзд давило, струясь какой-то нереальной дымкой.

Минута, и один гаишник при свете фонарика уже раскладывал на капоте документы. Второй держал короткоствольный «Калашников», насторожено всматриваясь в лица нарушителей.

-  Ребята, мы на похороны папы.

                                                         *         *            * 

Прощаясь перед дорогой, Юра поцеловал жену во вздрагивающие, напряжённые губы: "Скажы мами, мы постараемося".

И Леся позвонила.

А пока вызывала, всё представляла усталого мужа за рулём, и эти бесчисленные километры, каждый из которых может стать для него последним.

Раньше всегда считала, что нельзя показывать Юре свои чувства - на шею сядет.  А тот всегда жутко ревновал молодую и красивую, черноглазую жену, мучился, любит ли его хоть немного.

Свекрови же сомневаться положено по статусу.

Теперь в разговоре с ней Леся не смогла сдержать рыданий:  "Боже, така дорога, а Юра не спав ни мынутки!"

И та, сама едва живая – мужа только что обмыли, одели, положили в гроб – какой-то частицей заиндевевшего сознания вдруг порадовалась:

«Оказывается, невестка любит сына!»

Но об этом мама расскажет Юре позже…

                                                      *        *         *

Андрей Васильевич, тато, всегда был нездоров. Если не болел желудок, прихватывало сердце, если не мучил пищевод, прыгало давление…

Улыбался он лишь на старых фотографиях - молодой, счастливый, с юной женой и недавно родившимся сыном.

Как часто мечтал Юра, что тато и сейчас улыбнется, большой ладонью прижмет его к себе, подкинет вверх, еще...

Нет, об этом можно было только мечтать.   Чаще  Юра получал лишь крик и ремень.
                                                    
…Вложив маленькому Васе в ползунки пелёнку побольше, мама укладывает его в коляску и отправляет с Юрой на улицу:

- Часа через два прывезеш покормыты.

Напротив дома фундамент старого ЛазОрки. Сильно выщербленный временем и непогодой, он сейчас словно после артобстрела; с перекрытием над половиной фундамента, здорово напоминает военный бункер.

У ребят уже закончились долгие споры, кому на этот раз быть нашими, а кому фашистами.     Начинается воинская операция.

Советская пехота залегла в развалинах Брестской крепости и ожесточённо обороняется. Фашисты с криками: «Фойер!» и «Сдавайса, русише швайн!» со всех сторон лезут на приступ.     «Тра-та-та-та!» - строчит пулемёт Максим, «Ба-бах!» - взрываются гранаты.

И только Юра болтается на улице перед фундаментом. Возит коляску туда-сюда под пролетающими снарядами и завистливо поглядывает на игру: "Вот если бы Вася уснул!"

Для этого только надо – полчаса, чуть больше – его равномерно укачивать. А потом  -коляску ближе к задней стене дома МАркушки, автомат наперевес и в атаку!

Но Вася начинает возиться под одеяльцем, сучит ножками, обидчиво скривив губки. Ещё секунда, и заплачет, перекрывая грохот боя.

Юра в панике цепляется за ручку, раскачивает сильнее, ещё...

Под переднее колесо коляски попадает камень, и при энергичном качке оно подворачивается.      Словно рыбка из аквариума, Вася выплёскивается в окружающий мир.  

Похоже, он начинает кричать ещё в полёте. И ка-а-к же он голосит!

Юра в ужасе.

Он подхватывает Васю с земли, прижимает к себе, пытается укачивать его руками, укладывает в коляску… Но тот только орёт и орёт, словно пожарная сирена.

На улицу выбегает соседка МАркушка. Вылетает и мама, услышав младшенького даже сквозь закрытые окна гостиной.

Появляется тато, с хмурым лицом и резкими складками на лбу. Берёт Юру за ухо и отводит на другую сторону дома, к летней кухне. И - к старому ремню с бойскаутовским трехлистинком…

Или, есть ещё игра. Как пенальти в большом футболе, но на разные ворота, забивать голы по очереди.     Играют лОптой – как футбольный мяч, только резиновая.

Можно поставить ворота из камешков вдоль улицы, но лОпта далеко улетать будет. Проще играть через улицу, от одного соседского двора до другого.

Правда, нередко лОпта с размаху лупит о железо ворот.       Тогда сосед выскакивает из дома и начинает ругаться. А если поймает резиновый снаряд, с остервенением пробивает его кухонным ножом.

Иногда лОпта попадает в проезжающий велосипед, в уток, гусей, корову…   А случится - под колесо автомобиля, после чего она с громким «Пук!», как и после ножа соседа, лопается.

После этого  снова надо идти искать в сарае, на чердаке, или ещё где, старую, смятую лОпту. Или - собирать копеечку до копеечки и покупать новую.

...Юра и Иван Фанта играют "На ворота".

Юра расстреливает браму КостюкОв, Фанта в прыжке пытается поймать лопту и не разбудить хозяина.       Затем Иван лупит по воротам соседа напротив, и уже Юра в роли вратаря.

Счёт получается более-менее ровный.

Несколько раз забор неслабо так гремит и с одной, и с другой стороны, но хозяева пока на улицу не выбегали. ЛОпта ещё целая, ни один велосипед, ни один гусь тоже не подбит.

Откуда-то берётся соседский Миша, года на два моложе ребят.

Он бегает от Юры до Ивана и обратно, то и дело подтягивая длинные штаны на лямках и канюча:  "Я тоже хОчу играты!"

Юре надоедает это нитьё.   Он разбегается и сдуру пробивает по нему, как при одиннадцатиметровом,  но Миша вдруг уворачивается, выставив локоть.

И… лопта влетает прямо в окно соседа.

Звон стекла, истошный крик КостЮчки:  "А чорт бы вас побрав из засранцями!"

Об этой лОпте можно навсегда забыть, а очередное свидание со старым ремнём уже через несколько минут.

И снова нещадно выпоротый Юра убегает на чердак или прячется в огороде.

Тато переживает не менее болезненно.      Его спина опять кажется придавленной чем-то тяжелым, снова он надолго запирается в своей комнате.

Однако, изредка…

Тато делает табуретку.   Он уже подобрал бруски разного сечения и начинает размечать детали.

Юра робко подходит, становится поодаль, затем ближе, ещё ближе.

Сейчас тато спокоен, морщины на лбу почти незаметны.    Он подает сыну лучковую пилу, становится сбоку:  "Так, спукуйно, без нажыма, впэред-назад..."

Постепенно они начинают разговаривать – о школе, о ребятах, о жизни...

Или, Юра рисует.   

Тато подходит.  Молча смотрит, стоит за спиной -  с малых лет показывал он сыну, как правильно выбирать натуру, как держать кисть и карандаш, как наносить светотени в рисунке, на лист большого, шершавого 12-го формата.

Иногда тато пальцем указывает на сомнительное место. Без единого слова – поймёт ли Юра, в чём проблема?

                                                     *       *         *

Гаишники переглянулись, отдали бумаги:  "Отца? Езжайте. Осторожнее только. Пост под Минском".

И снова машина полетела над дорогой, и продолжил тикать хронометр в голове - минуты-километры-минуты-километры...    

Сыновья продолжали  вспоминать отца.

Вася:  

-  Я всэ думаю, як бы то было, будь тато здоровым…

- Ты же знайеш, що розказувалы стрый Богдан и тютка Василина, що ся стало з братом Иваном.

И в очередной раз история встанет перед глазами братьев, словно сами были свидетелями...

В разрушенном блиндаже хулиганистый и непослушный Андрей, вместе с соседскими ребятами, нашёл осколочные патроны от крупнокалиберного пулемета.

Трещали ветки в сухом горячем воздухе, пламя под ярким солнцем было почти невидимо.      Большие патроны с хищными серыми головками, скорее, маленькие снаряды, нырнули в самую середину костра, в искрящие угли.

С криком: «Ложись!» ребята попадали на землю.

А в это время старший брат Андрея Иван, с полотенцем на голой груди, шел по тропинке мимо костра на речку.        

Топорщились надо лбом, над накоротко стриженым затылком крепкие каштановые волосы, большие карие глаза были весело и широко раскрыты - весь в маму Марию, Иван был самым красивым из детей, которых в семье было пятеро. Парень словно радовался свежести близкой реки, и солнцу, и своей молодости - только закончилась страшная война, впереди была огромная жизнь...

Срывающимися голосами ребята закричали с земли:   ”Падай!”

...И в этот момент начали рваться патроны.

Иван был не так близко к костру, и, когда взорвался последний, уже казалось, что все обошлось.       Как вдруг он схватился рукой за шею, упал, засучил ногами, во все стороны из-под ладони хлестанула кровь.

Истошно кричали дети; весь в крови брата, Андрей обнимал его, вмиг ослабевшего, рыдал, а у того уже туманились глаза...     Только один, один маленький осколок попал в него, но он рассёк сонную артерию.

Иван истёк кровью, умер на руках у Андрея.    После чего  Андрей забыл, что значит быть здоровым...

                                            *          *           *

Словно бесконечная простыня из бесконечного мотка, дорога всё разматывается вперёд, вылетая из темноты в свете фар.

Всё тяжелее давить на газ, всё ослепительнее свет встречных машин, всё оглушительней рёв их двигателей.

На выезде из Белоруссии, возле Кобрына, черные точки в глазах Юры почти закрыли видимое.        Свернул на обочину.

Скоро Вася посапывал. Только Юра, проваливаясь в сон, все ещё вздрагивал. Казалось, что всё летит и летит в ночи, и руль, словно тяжеленный чугунный люк...

Проснулись от холода, лишь начало светать.     Но это уже конец октября - до шестнадцати ноль-ноль в родном Буштино шесть часов.     И ещё почти семьсот километров - успеть к назначенному времени похоже, никак не получится.

Погнали.

Граница и таможни, белорусско-украинская и украинско-белорусская:  "Ребята, мы пустые, похороны отца через пять часов, это аж возле Румынии, побыстрее бы…"

На ходу что-то перекусывали, Юра запивал кофе из термоса или энергетиком. «Примера» послушно глотала километры, мотор ненавязчиво урчал. Можно было лишь благодарить себя за своевременные техосмотры.

Скорость же...      Вряд ли Юра смог бы ехать хоть чуть-чуть быстрее.

                                                  *         *         *

Не один ещё раз будет обижаться старший сын на отца.

Но после рассказа стрыя и тютки (брата и сестры отца) о гибели Ивана,  эти обиды стали уже не такими сильными. Только пока саднило ухо, горела кожа головы под волосами или задница после ремня.

Еще большее понимание пришло с возрастом  - как деды-прадеды, тато с детства привык считать, что без ремня не обойтись. И, при этом, за строгостью, даже грубостью,  прятал  ранимую душу и любовь к сыновьям и жене.

А ещё вспомнилось, что тато сломя голову убегает в свою комнату, когда мама режет курицу, когда забивают свинью...    И что Юра от одного вида крови уплывает в обморок.

Неужели шок отца был настолько сильным, что перешел в гены, передался и сыну?

Став взрослым, Юра прочувствовал всё изнутри.    Увы, в нем воспроизвелось не только умение рисовать и непробиваемая настойчивость тата.    Помимо боязни вида крови, в наследство получил сын и излишнюю чувствительность, и раздражительность...

И то жуткое состояние души, когда тебя вдруг заливает бешенством. Твою волю будто украли, ты словно зомби, получивший жестокую программу; в страхе кричит, рыдает внутри страшного себя маленький Юра из детства.

С юности мучил его вопрос о свободе воли.     Однако… есть ли она, эта свобода?

На крепкой веревке ведет нас по жизни прошлое. Можно что-то учитывать, что-то компенсировать, но...      Выбрать другой путь не дано никому.

Весь последний год тато просидел дома со своими больными, распухшими ногами. Как грустно пошутил он однажды на невольное восклицание младшего сына, Васи:

- Ой, тату, як вы изхудалы!

- Ничого! Зато ногы поправылыся!

Но когда дошло дело до крыши Юриного дома...         Горбясь и приволакивая ступни, превозмогая тягучую, ноющую боль в голенях, тато с трудом вышел из своей комнаты во двор. К рабочему месту - двум длинным железным рельсам на двух столах.

Полмесяца, с утра и до вечера, день за днём он помогал сыну, на пару с ним громыхая на всю улицу киянкой по алюминиевым листам.   Изредка присаживался рядом, когда боль валила с ног, и опять поднимался.             Десятки и десятки полос…

После - работа на крыше.

Всю неделю с утра, подпираясь деревянной палкой, тато медленно отправлялся за три километра в тяжёлый путь.      Нужно было помочь сыну закрыть так медленно растущие стены, не один год мокнущие под дождём и снегом. Нужно было подсказать снизу, с земли, как закрепить полосы на крыше, на обрешётке.

А когда тато пошёл менять на одной из многочисленных дверей дома Юры сломанный замок?        Намучился с ним почти до вечера, жутко устал и, возвращаясь, свалился на долине.       Если бы не сосед, ехавший мимо на телеге, ещё тогда всё могло закончиться.    Прожил бы тато почти на десять лет меньше.

А когда занимался газовой трубой для дома Юры?      Смолил её целый день, сильно переработал… После чего, вечером, его разбил инсульт.      Из которого тато так до конца и не вышел...

Нечасто в последние годы бывал Юра в родных краях.   Но когда это случалось, старался больше разговаривать с родителями. Советовался по стройке, которой не видно конца, по работе и учебе, рассказывал об очередных планах...

Неважно, о чем говорить, само общение было здесь важнее слов. Друг напротив друга, внимательные глаза тата, так похожие на глаза сына; разговор в полутемной комнате, тихий, словно ручей из полонины, текущий с камешка на камешек…

                                                 *       *          *

...Только неделю как мама похоронила бабушку Оксану  - как она там, скоро ли придёт в себя?

И, вдруг, новое сообщение – тато при смерти...

С самого утра Юра и сам был словно неживой. Звонил домой каждые час–полтора.

После обеда появилась надежда, что все обойдется. Выписали уколы, капельница.

Но, уже под вечер…    Умер!

Похороны не на третий день, как обычно, а завтра, после обеда - приезд детей мама попыталась сделать невозможным. Решила за Юру и Васю - лишняя травма, лишние расходы детям…     По многолетней привычке, не советуясь, ставила перед фактом. Отец был невероятно упрямым, с ним по-другому было нельзя.

Вопрос для сыновей, ехать или нет, не стоял.

                                                     *       *         *

Вот уже и Львов, объездная, и по-прежнему максимальная скорость.    Впереди «Газ пятьдесят второй».

Конечно же, поворотник на обгон, вылет на встречку, машины почти вровень, «Т-образный» перекресток рядом.

И вдруг, в последнюю долю секунды…      Не включая сигнала, «Газон» поворачивает налево.

– К-а-з-з-лина!

Вася охнул в полный голос, Юра, с вытаращенными глазами, руль круто влево, по самой по обочине.

Перекресток уже позади, дальше, дальше… Спаслись чудом.

Эх, если времени чуть больше - вытащили бы шофера из кабины и таких вломали!..

Город Стрый, где большая развилка – на Ивано-Франковск, на Долину, на Мижгирье.   Им на Мукачево, на Ужгород, через перевал.

Октябрьская пора - невероятно красивая в Карпатах!      Жёлтые, и красные, и ещё зелёные листья - дуба, и бука, и граба, и клёна, и лип, и осин - на фоне смерек, их хвоиных шубок, тёмно-зелёных, и почти синих, там, вдали.                 Островерхие грушеподобные копны сена возле редких хыж, тоже островерхих, под тёмными деревянными крышами; мосты и газопроводы через быстрые реки, несущиеся сквозь, несущиеся мимо страшных валунов.

Потрясающие горные виды, хоть в любом месте мольберт раскладывай.   Но разве до этого сейчас?!       Всё мелькавшее за стеклом лишь бесстрастно фиксируется угнетённым сознанием.

Уже в Мукачеве позвонили с сотового:   "ПочЕкайте мало, мы вже туй!"

Стрый Богдан на трубке:   "Хлопци, без вас ни понЭсеме. Осторожнинько".

Примчались в шестнадцать с небольшим.

Море народу на улице, во дворе и в доме.     Открытый гроб, и восковое, наконец-то спокойное лицо. Такое родное и в то же время с трудом узнаваемое, совсем чужое...

Мама в бесконечных хлопотах, помогавших хоть немного отвлечься. Но,  то и дело застывала на месте - давно уже выплаканные, казалось, слезы никак не заканчивались.

Вася надулся, Юре все время заливало глаза.   

При прощании обнял и поцеловал в щёку, громкий шёпот отовсюду: "В чоло! В чоло!"

Кладбище, свежевырытая земля…

Медленно спустили гроб на верёвках; увидев его внизу глубоченной ямы, едва не завыл на весь погост.

                                                      *         *          * 

...Есть одна песня, сейчас особая для Юры – «Помолимся за родителей» (5). Всегда она на рабочем столе его компьютера.

И каждый раз, когда включает её, когда слышит слова «...живых и уже небожителей», мгновенно  выступают слёзы.

Боль со временем не всегда становится легче...

                                                          *        *         *

                                                                Ссылки

1. Проза.ру Константин МОчар  

http://www.proza.ru/avtor/kost...

2. Неформат по воскресеньям * рассказ "За евреев"

https://cont.ws/@kmochar-64/73...

3. Неформат по воскресеньям - рассказ "НА ХУТОРЕ"

https://cont.ws/@kmochar-64/74...

4. Неформат по воскресеньям - рассказ ТАТО  (предыдущий вариант)

https://cont.ws/@kmochar-64/11...

5. Шура и Сосо Павлиашвили - Помолимся за родителей

https://www.youtube.com/watch?...

6. Причина всегда комплексная: и на личном примере, и - ПЕРВОГО воссоединения Украины с Россией

https://cont.ws/@kmochar-64/41...

                                                *           *           *

Специально для журнала "Южнорусский фронт" и

"Канала независимых новостей"       http://cnl.su/

Источник

Подробнее ...

Константин МОчар: Неформат по воскресеньям - рассказ "НА ХУТОРЕ"

742172

Как многие уже знают, в прошлое воскресенье  я возвратился на КОНТе к старой своей идее - "неформата по воскресеньям" (1), пере-опубликовываемых мной моих же текстов из числа  размещённых на моей странице  сайта Проза.ру (1)

Правда, разместил первый рассказ из этого (нового-старого) цикла на своей странице КОНТа, а не в КОНТовском журнале "Южный фронт", как обычно это делаю на протяжении последнего года (2).  

Однако, друзья-коллеги-единомышленники, из числа соучредителей журнала,  не только поддержали "тему", но и выразили горячее желание видеть в дальнейшем мои художественные тексты в данном  разделе на страницах журнала. 

Поэтому -  второй материал "неформата" - ранее тоже публиковавшийся здесь, но в совершенно другой редакции (3) -  публикую сегодня уже в журнале (рассказ же "За евреев"  размещу  там позже). 

И , судя по тому, что удалось довольно сильно отредактировать старый текст, идея  однозначно получилась удачной ещё и из этих соображений (как  мы с вами помним - "причина всегда комплексная!"  - 4)

Для тех же моих читателей, кому особо понравилось и сильно "невтерпёж" дожидаться  очередных публикаций, можно прочитать их  на Прозе.ру (1), под  моим резюме-тире-авторской справкой, в разделе Произведения. 

Или, если есть желание посмотреть более последние редакции, да ещё и с иллюстрациями, надо "забить" в поисковую строку Яндекса и (или) Гугла  такую конструкцию  - КОНТ Константин МОчар  Неформат...  (и дальше поместить название любого рассказа, этюда или эссе из раздела "Произведения" - или из "Рассказы" - фантастика, или  из сборника текстов "Юркин калейдоскоп" - роман в историях и картинках  (как бы роман из собственной жизни, художественно переосмысленной))

                                                *               *                *

                                        На хуторе

Грунтовая дорога тонула в море кукурузы, солнечная патока заливала мир.  

Издалека, со стороны райцентра,   появилось серое пятно  -  убегая от облака пыли, урча и подвывая, по дороге  катил «Пазик».

В салоне автобуса было как в сухой бане, отворённые люки в потолке не добавили прохлады. Створки задних дверей дребезжали и постукивали, под днищем пискляво скрежетало.

Пассажиры с пятнами подмышек тупо выглядывали в грязные стёкла. Кто-то пил противную тёплую воду из трёхлитровой банки, кто щипал буханку и чистил варёное яйцо, оставляя следы на белке.

Нависая над верхней ступенькой двери, заднюю площадку занимал картонный зелёный чемодан с никелированными уголками и замками. На нём сидели два мальчика.

Малорослый Юра крутил крупной головой во всё стороны, Вася, без передних верхних зубов, сидел спокойнее. Стрижки у обоих были с сильно подобранными затылками и маленькими чубчиками.

Веселый Кот в сапогах выглядывал из Васиной книги. Уже третья, с железнодорожного вокзала в Лубнах,  разложилась на коленях пятилетнего мальчика.

Вася смотрел на рисунок, быстро прочитывал страницу. Изредка морщил нос, поднимал затуманенные чтением глаза на окружающих, в окно, опять в книгу...

Одиннадцатилетнего Юру подмывало прыгнуть в проход между сиденьями. А ещё лучше – на помост мерно шумящего двигателя, под синей клеёнкой справа от шофёра. Выскочить и крикнуть:

- Смотрите, смотрите на моего братика, он читает с трёх лет! Это я научил!

Останавливало, что отец был почти рядом - ремень со своих штанов он снимал очень быстро.

Отцу не нашлось свободного места, он стоял возле мамы. Чисто выбритое, худое лицо с резкими морщинами на высоком лбу было словно придавлено - устал с дороги, или болел желудок.

Мама Надя устроилась на седушке над задним колесом, повыше. 

Невысокая, крепкая, рядом с женщинами в салоне она выглядела худенькой. Модная причёска густых каштановых волос и светлое серое платье с рябью эмблем спартакиады - плывущими, бегущими, стреляющими человечками по всей ткани - очень шли маме.

Её карие глаза, легко прижмурившись, смотрели внутрь, словно вспоминала что-то хорошее.   

Изредка мама ловила ладонь папы, поднимала глаза. И его взгляд становился мягче, морщины словно разглаживались.

А слева развалил живот усач с водянистыми зрачками навыкате – готовый Тарас Бульба, если ещё «оселедец» на круглом лысом затылке добавить.

Поковырявшись задумчиво в носу, усач налил холодного кефира из термоса в крышку. Которая, краснея дешёвой пластмассой, теперь качалась перед мальчиком.   

А ещё на сбитую коленку в струпьях и пятнах йода села зелёная муха.  Юра вспомнил папину науку и - р-раз! - ловко поймал горстью, чутко просунул палец.   В ладони сухо хрустнуло, лапки перестали щекотаться.

Крышка же продолжала мотаться перед  Юрой и будто дразнилась.

В конце концов, он  воровато оглянулся и  вытянул зудящую руку. Комочек с крылышками мягко плюхнулся в кефир.

Весь в ленивых мыслях, сосед чапнул крышку толстыми губами. Задумчиво пожевал муху, как хлебную крошку, ещё хлебнул кефиру.

Юра прыснул и уткнулся в колени. Через минуту он огляделся блестящими от возбуждения глазами.

Похоже, всё обошлось.

Однако, и старушка неподалёку, по виду учительница на пенсии,  не дремала.     Её птичья головка с жидкими седыми волосами и резинкой сзади дёрнулась в сторону родителей:

- А ваш старшенький бросил соседу муху в чашку!

Черты папиного лица вмиг заострились и стали чужими. Пальцы, с укороченным указательным на правой руке, сжались на никелированной трубе спинки так, что побелели костяшки...

Скоро автобус высадил их у покосившейся таблички «Стряпши» и попылил дальше. На изгибе дороги за грязными кукурузными початками серое облако исчезло. Лишь унылое завывание двигателя ещё долго было слышно.

Стоять на неподвижной земле было непривычно, немного пошатывало. 

Рука отца упала на Юркино ухо, с детства растянутое и оттопыренное (впрочем, как и второе), словно ручка кастрюли:

- Готовься!

Мама длинно посмотрела на мужа, старшего сына...

Понемногу разобрали вещи и потянулись цепочкой по узкой колее меж высоких кукурузных стен.   Юра, самый несчастный на свете,   волок сзади кошёлку с продуктами.

Через час впереди зазеленел деревьями, забелел низкими мазанками хутор.

Мама уже бежала, летела по улочке среди густой листвы.

Навстречу ей шла Юрина и Васина прабабушка Ольга. Вытирая руки о подол и качаясь на ходу, она искоса выглядывала на гостью.     Была старушка чуть грузная снизу, из белого платка выглядывало вытянутое, морщинистое лицо.

Прадед Фёдор, из-за её спины, несмело улыбался и едва заметно тряс головой. Острый подбородок в седой щетине был выпячен вперед, тёмная рубашка в широкую полоску свободно покрывала будто подростковую грудь. И - бечёвка держала на узких клубах широкие брюки.

Прадед родился в тысяча восемьсот девяносто каком-то году, прабабушка была на несколько лет моложе.

Вот прабабушка Ольга  уже и узнала, хляпнула узкими сухими ладонями:

- Ой, На-дю! Нэвжэ!

Обнялись, заплакали...

Хутор был маленьким, на пяток дворов. Редкие камышовые, почерневшие крыши терялись среди роскошной зелени.   И всё вокруг – яблони и груши, сливы и абрикосы, кусты картошки, густая высокая трава – ярко зеленело, как на глазах восставало из тучного чернозема.

Узкая мазанка бабушки имела неровные, чисто белёные стены и словно игрушечные окна. Её задняя стена куталась от далёких зимних холодов вставшими под самый козырёк кровли сухими бунтами кукурузных бадылин.

Рядом диковинным чумом высилась клуня - сарай из вязанок камыша.   Подворье огораживал плетень из ивовых прутьев, на частых кольях разбрелись глиняные крынки.

За огородами озерцами виднелись копанки. Было их, сколько и дворов, отсюда хозяева брали глину для обмазывания стен. Хорошая глина залегала неглубоко, так что словно мыши погрызли ломоть луга.     Копанки расползались в ширину. Залитые дождевой водой, зарастали кувшинками и камышами, здесь было раздолье для ребятни, гусей и уток.

Крынки на плетне показались Юре не очень чистыми. Делом решил извиниться за муху в кефире.   Да ещё на глаза попалась деревянная тачка, белеющая новой доской на боку. 

Представив торжественный вывоз посуды, Юра  даже пискнул от возбуждения:

- Айда на копанку, помыемо бабушци горшкы!

Юра накладывал крынки, Вася потащил из сеней казан -   за чёрным чугунным брюханом видны были лишь худые коленки и большая голова.

Крынки тарахтели, гремели на ухабах, казан солидно бомкал.  Старший толкал тачку за ручки-оглобли, младший помогал сбоку. Вприпрыжку неслись к копанке:

- Па дал-линам и па взгорьям шла дивиз-зия впер-рёд!

Мутно, глинисто заблестела вода. В ней купались лакированные листы кувшинок с жёлтыми бутонами цветков и толстые вутки у берега.  Увидев ребят, они  загалдели, защёлкали приплюснутыми на конце красными клювами. И, покачиваясь,  быстро поплыли на другую сторону озерца.

Юре тёплая как чай вода была до колена, Вася подтянул шорты почти до пояса.  Босые ноги медленно тонули в иле, который приятно холодил ступни и щиколотки, продавливался меж пальцев.

Вася размазывал копоть от казана на животе, Юра взялся за посуду. Поболтал одну крынку, вторую…

Ничего в этом интересного не было. Крынки оказались тёмными от возраста, а не грязными. Да ещё левое колесо повело в скользкой глине. Тачку перекосило, и бабушкино добро полетело в воду.   Дети сыпанули в стороны.

Затем Юра попытался собрать посуду, но это жеж  надо каждую вылавливать!

Скоро он уже беззаботно прыгал с братом в прибрежной грязи.   Было очень весело, только Вася поскользнулся и упал на живот, в расколоченную, душно пахнущую жижу возле берега.

А тачка с поднятыми в небо ручками, как зенитка, обстреливала курчавые тучи.

...Прячась за плетнями, Юра и Вася крались ко двору прабабушки.   Её крики слышны были издалека:

- А трясця його матэри, куды глечыкы подивалыся, дэ казан?

Мамина тётя Варка из соседнего двора доложила:

- Оцэ наши хулиганы у копанку усэ повидвозылы!

Мокрый отец привез посуду обратно и кинулся в мазанку, выскочив оттуда с очень знакомым Юре, старым венгерским ремнём с бойскаутовским трехлистником на круглой пряжке.  И, что-то шепча злыми губами, забегал по двору в поисках старшего сына.

В конце огорода, среди широких листьев-лопат, развалились на солнце длинные туши тыкв, желтые с коричневыми полосками, и шоколадные мячики арбузов.     На жесткой выгоревшей щётке после скошенной травы присели три стожка с сеном.

Юра спрятался за последним.

Отец поискал-поискал, дал подзатыльник Васе и скрылся в клуне, где ремонтировал старый дедушкин велосипед.

А Юре хотелось реветь в голос от обиды на судьбу, за её постоянные соблазны:

«Ну что я за дурак!   А ведь   совсем уже большой, перешёл в четвёртый класс!"  

Взять хотя бы сентябрьское происшествие. Тогда они с соседом и одноклассником Фантой слепили из грязи «кремовый» торт. Который удался настолько, что шестилетняя соседка Люба Нэмешка  захотела его отведать.

Юре и тогда что-то нашёптывало: «Не трусь!»    И тоже чувствовал - вылезет боком…

Сено терпко пахло клевером и щекотало лицо. Затем что-то шерохнуло внутри, из-под сморщенного листа подорожника прямо перед Юриным носом высунулась серая мордочка и круглые черные глазки. И - р-раз! - мгновенно исчезли.

Мальчик с азартом дёрнул клок сена - мыши там уже не было. Ещё один.  И ещё...

Прибежал Вася, уже вымытый, и весело присоединился. О мышке давно забыли; со смехом и криками ребята бросались сеном во все стороны.

На шум прибежала мама, но было уже поздно  - последний стожок в ряду, ещё недавно старательно уложенный прабабушкой и прадедушкой, исчез; сено теперь валялось по всему огороду.

Мама схватилась за голову и крикнула папе:

- Андрию, а иды сюда!

Юра бросился за защитой к прабабушке.

В мазанке никого не было. В потолке прихожей чернел узкий люк, в нем заканчивалась лестница с блестящими сучками на отполированных перекладинах.     

Судорожно охватывая их, гладкие и прохладные, Юра вылетел наверх.

На искривлённых дубовых досках пола тускло желтели кучи кукурузных початков, развалились охапки сухого зверобоя, тысячелистника, репяшка. Здесь было темно и загадочно, и немного страшно. В голову полезли привидения, разбойники с огромными ножами…     В таком интересном месте и полдня можно просидеть.

Вдруг кто-то закряхтел, завозился снизу.  Лестница скрипнула, начала мерно попискивать, скользя вверх-вниз по чердачной доске.   Медленно появился коротко остриженный седой затылок - в последнее время дед Фёдор едва ходил. Он подслеповато, настороженно всматривался в угол.

- Дедушка! - позвал правнук.

Глухой дед не отреагировал.   И тогда Юра обнял его сзади.

Дед сдавлено хрюкнул и исчез.

Бабушка Ольга и мама в этот момент как раз осматривали в прихожей банки с огурцами, вот ещё две оказались порчеными.    Испуганно поднимая головы на хриплый крик сверху, они увидели летящие кирзовые ботинки, штанины...   - тараща глаза и нелепо выставляя худой зад, дед Фёдор с грохотом ухнул по лестнице до самого низу.      

А в тёмной дыре на потолке белым пятном проявилось испуганное лицо Юры.

...На этот раз он получил за всё. Юра извивался, голосил под ремнём...

Мама убежала в комнату, прабабушка тоже исчезла со двора.   Только прадед грелся на солнышке, прижмурив впалые глаза и легко улыбаясь – он ничего не слышал.

...Юра бездумно сидел на траве в кустах чёрной смородины. Щёки были мокрые от слёз, вся кожа сзади, от лопаток и до щиколоток,  горела, словно её кипятком ошпарили.

А вокруг всё было, как раньше.   На янтарно-зелёном клейком листике смородины шевелил усами плоский рыжий жук, по ветке деловито взбирались муравьи, нитка паутины танцевала на лёгком ветру.

Скоро Юра пришёл в себя - чай, не первый раз, и не последний...  И только отец, как это часто бывало  после экзекуции сына,  спрятался в комнате и не выходил целый день; не зажёгся там свет, и когда стемнело.

Обед и ужин в сухую погоду проходил под раскидистой яблоней с шелушащимися сучьями.    Ели молча, посматривая на пустой стул рядом с дедушкой.    На круглом столе из рассохшихся тёмных досок сначала остыла папина тарелка с супом на обед, потом полкурицы и гречнёвая каша на ужин.

Мама знала - звать отца бесполезно.

Он появился во дворе лишь утром. Небритый и какой-то неприкаянный,  невпопад отвечал на бабушкины вопросы и старшего сына "в упор" не видел.

...На следующий день Юра и Вася с криками носились по хутору.

С начала улицы послышалось треньканье велосипедного звонка, ко двору деда Панаса подъехал молодой толстощёкий почтальон Коля. Он картинно махнул ногой над блестящим кожаным седлом, перекрутил рыжую брезентовую сумку со спины на живот и скрылся в доме.

Велосипед почтальона остался у плетня. Новый, с серебристо-серой рамой и никелированным рулем, он словно дрожал от нетерпения поехать.

А Коля привез пенсию, и наверняка не будет торопиться. У деда такая крепкая самогонка, что даже прабабушка Ольга закатывала глаза.

Разве можно тут удержаться!   Руки на чёрные резиновые ручки руля, оттолкнуться правой ногой, в седло...  Вася с криком толкает сзади, быстрее, быстрее, вот и крутая горка за копанками.

Если повезет, никто ничего не заметит. Когда почтальон выйдет на улицу, велосипед уже будет возле перелаза.

- Н–н-нет!

Отворачиваясь от сверкающего солнечными зайчиками чуда, Юра безразлично проходит мимо.   Вася в удивлении раскрывает рот и, не замечая коряги в траве возле дороги,  во весь рост растягивается в пыли.

- Ги-ги, - заливается Юра, - ни дня без грязного и битого носа!

Сливовым прутом он стряхивает с синих штанишек Васи пыль, бьет всё сильнее и сильнее.

Подобрав клюку, тот начинает отмахиваться.    Скоро ребята с криками наскакивают друг на друга и стучат прутьями, как шпагами в фильмах.

А солнце весело льется с неба, под лёгким ветром шелестит листва, времени некуда торопиться...

                                                        *              *              *

                                                                  Ссылки
1. Проза.ру   Константин МОчар  

http://www.proza.ru/avtor/kost...

2. Неформат по воскресеньям * рассказ "За евреев"

https://cont.ws/@kmochar-64/73...

3. Неформат по воскресеньям - рассказ "НА ХУТОРЕ" (предыдущий вариант, за 26 июля 2015 г.)

https://cont.ws/@kmochar-64/10...

4. Причина всегда комплексная: и на личном примере, и - ПЕРВОГО воссоединения Украины с Россией

https://cont.ws/@kmochar-64/41...

                                                          *        *         *

Специально для журнала "Южнорусский фронт"

и сайта "Канал независимых новостей"    http://cnl.su/

Источник

Подробнее ...

Константин МОчар: К русинскому вопросу * "Русины на пути к независимости: современность" Григория Миронова

686445

Хотел бы показать широкому читателю статью - безусловно достойный текст, опубликованный автором,  Григорием Мироновым, на совершенно недостойном, на мой субъективный взгляд, ресурсе "Спутник и Погром" (1)

А поскольку  у автора были определённые обязательства  перед данным сайтом, то он теперь не может лично публиковать  его и на других ресурсах. 

Та  что мне не остаётся ничего другого, как, со своими редакцией и комментариями,
показать данный текст Вам...

Тем более, что его я постараюсь использовать как приложение, как иллюстрацию  своей, несколько  отдельной, мысли к тексту  

"К русинскому вопросу* Русины - на пути к "как бы" независимости, или - счастливой жизни народа?" (2)

                                                   *         *         *

August 11th, 2016

Известный русский националист и общественный деятель Василий Витальевич Шульгин в своей работе «Украинствующие и мы» (3)

так писал о подкарпатских русинах: 

«…Малый этот народ, прошедший суровую школу длинного ряда веков, закалившийся в своей малости, оставленности и одиночестве, стоит твердо у подножия Карпатских гор. Он старается удержать русское знамя на самом западном клочке русской земли…». 

С тех пор мало что изменилось — русины по-прежнему пытаются сохранить свою особенную русскость даже в ужасных реалиях нынешней Украины, где вообще не рады национальным меньшинствам, а тем более исторически про-русским.

Когда начался украинский кризис и события на Майдане, то реально отделиться от «нэньки» захотели не только русские Крыма и Новороссии, но и русины, живущие на самом западе Украины — в Закарпатской области (Подкарпатской Руси). 

Некоторые жители этого региона даже поехали воевать в Донбасс на стороне ополченцев. 

Мало кто в России знает, что русинское движение уже долгое время, еще с момента распада Советского Союза, ведет активную агитацию и работу по признанию своих прав, и для многих русин «признание прав» означает абсолютную самостоятельность региона.

КМ:
Не согласен  категорически!  Именно данный вопрос я и постараюсь обсудить в статье "Русины - на пути к "как бы" независимости, или - счастливой жизни народа?
(2)

Официальный Киев пытается это народное возрождение всячески замять. Несмотря на то, что у русинов есть своя собственная не украинская история, особенный язык, культура и самосознание, их не признают отдельным народом и нещадно украинизируют — даже на официальном уровне.

Но русины все равно не сдаются и существуют до сих пор.

Основная территория русинов — это Закарпатская область современной Украины, которую большевики после ВОВ присоединили к УССР. Русины называют ее Подкарпатская Русь

Постсоветский ренессанс

Национальное возрождение русинов на территории Украины началось в 1989 году, когда в момент проведения всесоюзной переписи населения несколько человек в Закарпатской области настояли, чтобы переписчики указали их только русинами по национальности.

КМ:

Я бы сказал - очередной этап национального возрождения.  

Потому что  противодействие  австро-венгерскому давлению и попыткам  украинизации русинов в конце 19-го, начале 20-го века, борьба за православную веру, готовность многих русинов  пойти в этом даже на смерть,   их гибель в концлагерях  Талергоф и Терезин, являются  сильнейшими фактами  более давнего этапа  национального и духовного возрождения Русинов. 


Это тогда вызвало разрыв шаблона — причем как у советских коммунистов, так и у самостийников.

Местные власти УССР уже тогда стали активно сопротивляться развитию русинского самосознания.

Толчком к дискуссии о национальном происхождении жителей Закарпатья стала статья «Как русины стали украинцами», которую написал филолог П. Чучка — по заказу, как говорят, первого секретаря Закарпатского обкома.

Статья утверждала, что русинская нация когда-то существовала, но на современном историческом этапе якобы полностью обукраинилась, поэтому современным закарпатцам нет смысла активничать и оглядываться назад — ничего уже не изменишь.

В 1990 году активисты-русины в знак протеста создали свою национально-культурную организацию, Общество карпатских русинов.

Жители Закарпатья понимали, что территория их области совершенно случайно вошла в состав Украины (только лишь после Второй мировой).

До этого русинские земли входили в состав Чехословакии, Австро-Венгрии и впитали многие центрально-европейские черты.

Русины даже просили Сталина после победы над Гитлером включить их в РСФСР или создать отдельную Русинскую ССР, но большевики засунули их в УССР и записали украинцами.

В 1991 году был рассмотрен вопрос о провозглашении Закарпатья автономным краем Украины.

 Областная рада Закарпатья приняла решение вынести вопрос на референдум «О статусе Закарпатской области».

Плебисцит был проведен 1 декабря 1991 года. 78% населения (!) высказалось за придание области статуса «специальной самоуправной территории».

В референдуме приняло участие 92% всего взрослого населения Закарпатья.

Киев референдум проигнорировал и не исполняет решение жителей Закарпатской области вот уже 25 лет.

В 1992 году Общество карпатских русинов учреждает газету «Подкарпатская Русь», свой официальный печатный орган, и на ее страницах активно продвигает взгляды на историю с русинской точки зрения. 

Так, в статьях «Русины — народ, нация или национальное меньшинство», «Подкарпатская Русь присоединена или аннексирована» и многих других развивается русинская тема. 

Русинская идентичность, по мнению первых русинских активистов, исторически отличалась от украинской, и построена во многом на антиукраинской концепции. 

Современные русины начали копировать идеологию русинских «будителей» прошлого, но без былого русофильства, на котором было построено русинское движение в XIX и начале XX века.

Киев против русинов

Чтобы не допустить русинского национального возрождения, кабинет министров постсоциалистической Украины утверждает так называемый «План мероприятий по разрешению проблем украинцев-русинов».

Этот печально известный среди русинов документ предполагал ряд мер, направленных на усиление украинизации Закарпатья, «интеграцию его населения в социально-политическое и духовно-культурное пространство Украины».

План предусматривал укрепление в Закарпатье «украинства» путем подбора на руководящие должности соответствующих кадров из других регионов Украины (лучше всего — свидомых галичан), чтобы не допустить проведения еще одного референдума или признания уже прошедшего.

С лидерами русинского движения начали проводить «профилактическую работу», желая дискредитировать активистов в глазах жителей региона.

Таким образом, по мнению русинских политологов и историков, украинские власти серьезно опасались народного движения в Закарпатье, и с середины 90-х годов проводили планомерную ассимиляцию русинов, добиваясь их слияния с украинской нацией и отказа от русинской идентичности, языка, культуры.

Власти Украины, взяв курс на создание унитарного государства с единым украинским языком, жестко противостоят русинскому Закарпатью, боясь создать еще один сепаратистский прецедент.

Вообще «План» вызвал большое возмущение в русинском обществе, так как показывал, что с русинами борется само украинское государство.

Для смягчения ассимиляции русинов "Общество карпатских русинов"  в 1998 году добилось проведения в Ужгороде международной практической конференции «Межэтнические отношения в Закарпатской Украине», где участвовали как многочисленные европейские организации, так и представители украинской власти.

Последние изо всех сил пытались объяснить местным жителям, что русинского народа никогда не было и быть уже не может.

Но внимание европейских стран к русинской проблеме (во всех странах ЕС, где проживают русины, их признают в качестве отдельного народа) несколько смягчило пыл украинских официальных лиц.

Признания так и нет

Проведенный в 1999 году Пятый съезд русинов обратился к официальному Киеву с предложением признать русинскую национальность, ввести национальность «русин» в официальный перечень народов Украины, прекратить практику информационной блокады русинства в государственных СМИ, открыть при Ужгородском государственном университете кафедру русинского языка и литературы, создать научный центр русинистики для исследования истории — то есть дать если не политические, то хотя бы культурные послабления.

Разумеется, Украина эти требования выполнять не собиралась.

В 2000 году начинает свою активную деятельность настоятель Ужгородского православного храма Московского патриархата, отец Димитрий (Сидор).

Он отстаивает официальную позицию русинского движения — русин признать национальным меньшинством, Закарпатье сделать автономией.

Д. Сидор решает объединить все русинские организации в одну под названием «Сойм подкарпатских русинов».

Лидер русинского движения, русофил, православный священник Димитрий Сидор

В 2001 году прошла последняя на данный момент Всеукраинская перепись населения. 

Управление статистики в Закарпатской области заявило, что русинами записались только 10 196 человек. 

Русинов эта цифра повергла в шок, и они начали утверждать, что данные сфальсифицированы. 

По подсчетам общественных русинских организаций Украины, доля русинов в населении Закарпатской области достигает 70%. 

Такой процент показывали и досоветские переписи в Чехословакии — кроме того, русинам области раздавалась так называемая «легитимация», что-то вроде «паспорта русина», которую получили многие жители региона. 

По данным международных русинских организаций, в области проживает более трех четвертей русинов — всего около 700 тысяч человек.

Выполняя распоряжения властей, местные ученые из Ужгородского университета начали вести планомерную пропаганду принадлежности русинов к украинской нации, продолжая, по сути, политику Советского Союза, для которого этого народа тоже никогда не существовало.

Повторяются одни и те же пропагандистские штампы: «Закарпатье входило в Киевскую Русь, следовательно, русины — это древнее название украинского народа».

Особенно яро апологеты украинской идеи доказывали принадлежность к украинскому народу некоторых личностей русинского национального возрождения (украинцем оказался даже русский по самосознанию русин Александр Духнович).

Ученые и журналисты, стоявшие на позициях украинского самостийничества, после переписи в 2001 году активизировали свою деятельность по дискредитации русинского движения.

Если обобщить, то в статьях, которые были опубликованы в прессе Закарпатья с 2003 года и позже, утверждалось, что те русины, которые в перепись населения настояли, чтобы их записали русинами, «имеют враждебное отношение к украинству и к украинскому государству», поэтому их нужно проучить и всячески изолировать от общественной жизни Закарпатской области.

Русинские историки, несмотря на давление официального Киева, пытались и пытаются противостоять этой официальной украинской позиции. 

Они не прекращают научную работу, защищая русинские национальные интересы. Из-за доносов и угроз многие вынуждены были эмигрировать за границу. 

И не зря, потому что вскоре последовали реальные преследования. 

В 2012 году начался суд над священником Димитрием Сидором. Его обвинили в сепаратизме, то есть в попытке подрыва целостности украинской державы. 

20 марта 2012 года апелляционный суд Закарпатской области осудил отца Димитрия (между прочим священника РПЦ Московского патриархата) на 3 года условно с испытательным сроком в течение 2 лет за «сепаратизм».

Митинг русинов против репрессий и украинизации

Основанием для обвинения послужило решение второго Европейского конгресса русинов (25 октября 2008 года), одним из организаторов и руководителей был Димитрий Сидор), содержавшее призыв к украинским властям восстановить русинскую автономию и признать русинскую национальность. 

С помощью автономии лидеры русинов, подписавшие документ, надеялись остановить процесс украинизации края, которую по-прежнему упорно проводит официальный Киев.

В документе говорилось, что если Киев откажется признавать автономию нынешней Закарпатской области, русины будут добиваться восстановления правосубъектности своего государства, то есть независимости. 

Хотя в тех условиях курс на восстановление русинской государственности под патронажем международного сообщества был жестом отчаяния. 

Говоря о национальном самосознании русинов, Димитрий Сидор неоднократно заявлял, что русины — это старые «руськие», но не малороссы, не белорусы и не великороссы. 

Он утверждает, что русинский народ — «носитель какой-то весьма древней докиевской и доновгородской русскости». 

Русинские активисты неоднократно подтверждали, что русины — традиционные русофилы и остаются ими, и это,  по понятной причине,  не нравится официальному Киеву.

Кроме того, русины продолжают бороться с украинским беспределом другими способами. Обращаются с посланиями и декларациями к президентам разных стран и к местным властям Закарпатья, ищут помощи в России и у своих одноплеменников русинов в соседних странах, в европейских правозащитных организациях. 

Увы, многонациональная Москва не спешит помогать извечным русофилам, живущим в центре Европы и хотя бы на культурном уровне поддерживать их любовь к России. 

Увы, официальные российские СМИ о русинах даже не упоминают.

После начала войны в Донбассе практически все русинские активисты, стоявшие на позиции самостоятельности Закарпатья, уехали в Россию или близлежащие страны ЕС, так как их начали жестко преследовать из-за антивоенных и антиукраинских позиций. 

Русины надеялись, что Украина скоро развалится и от нее можно будет легко отсоединиться и создать собственное государство — началось даже формирование чего-то вроде правительства Подкарпатской Руси в изгнании. 

По оставшимся прошлись катком репрессий в лучших советских традициях, с привлечением бритоголовых свидомитов из «Правого сектора»: активистов начали вызывать на допросы «куда надо», устраивались провокации, акции запугивания, выставлять русинских лидеров городскими сумасшедшими и прочее.

 

                                                *           *            *

Русины Украины остаются сегодня угнетенным в культурно-политическом и социально-экономическом плане народом, который мечтает о восстановлении собственной государственности.

КМ:  об этом - чуть выше -  я уже  обещал поспорить.. (2)

Причины русино-украинских противоречий имеют глубокие исторические корни и сложились еще во времена появления украинства как идеологии и во времена присоединения Подкарпатской Руси к Украинской ССР.

Исторические аспекты межэтнических отношений и несправедливость в прошлом во многом предопределили обоюдное негативное восприятие сторон, что не дает региону развиваться в составе Украины и вполне может привести к более серьезным последствиям.

КМ: !!!

Русино-украинский этнополитический конфликт, основанный на том, что русины хотят иметь собственную автономию или независимую страну, идентичность, которая строится не на украинском единстве, при неблагоприятном стечении обстоятельств может, в сочетании с политикой дискриминации и ассимиляции русинского этнического меньшинства, привести к обострению.

До сих пор на бытовом уровне русины особенно сильно дистанцируются от своих ближайших соседей — жителей Галичины, с которым категорически не хотят жить в одном государстве.

Поэтому русины все чаще выбирают для себя единственный выход — бороться за независимость Подкарпатской Руси от остальной Украины.

Пожелаем им удачи.

Комментарий одного из лидеров русинского движения Петра Гецко:

Единственное замечание.
Правительство не какое то, а созданное в 1993 году с премьер-министром Иваном Михайловичем Туряницей. А в 2008 году переизбрано на 2 ЕКПР. Вы внимательно материалы почитайте. Там все активные ссылки. В том числе и по правительству. Правительство действует. 2 ЕКПР это базис русинов до сегодняшнего дня! http://podkarpatrus.livejournal.com/126003.html

ПРЕЗИДИЯ СЕТЕВОГО РУСИНСКОГО ДВИЖЕНИЯ

                                                    *          *           *

                                                    Список ссылок. 

 1. Спутник и Погром

http://www.wikireality.ru/wiki...

2. К русинскому вопросу* Русины - на пути к "как бы" независимости, или - счастливой жизни народа?

//cont.ws/@kmochar-64/686330">https://cont.ws/@kmochar-64/68...

3. УКРАИНСТВУЮЩИЕ И МЫ

http://www.market-studio.com/l...

4. КАК РУСИНЫ СТАЛИ УКРАИНЦАМИ

http://maxpark.com/community/4...

5. Закарпатский общеобластной референдум (1991)

https://ru.wikipedia.org/wiki/...

                                                      *        *          *

Константин МОчар

Подробнее ...

Юлия Витязева: Моё признание в нелюбви к Украине

vityazeva 1280-768x768

Меня довольно часто упрекают в нелюбви к Украине. Дескать, виноваты в происходящем барыги у власти да получившие карт-бланш радикалы. А страна — она хорошая. И такого отношения к себе не заслуживает.

Но при этом как-то забывается, что страна — это и есть люди. Каждый из нас — винтик и гаечка в огромном механизме. И почти всегда именно граждане, руководствуясь или собственным умом, или поддаваясь чужому импульсу, влиянию и обещаниям, определяют — каким путём пойдёт страна.

Что касается любви к Украине, то, да, признаю, я её никогда не любила. Потому что не за что.

Да и родилась я в другой стране. Моя Родина — СССР. И это — непреложный факт, указанный в моём свидетельстве о рождении.

А теперь — по пунктам.

Появилась на свет я в одном из некогда лучших одесских роддомов. Сегодня этот памятник архитектуры, расположенный у самого моря, превращён в развалины.

И уже 16 лет, заброшенный и никому не нужный, напоминает дом с привидениями.

Росла я в обычной хрущевке, построенной в 66-м году, в квартире, полученной бабушкой (вдовой капитана) от китобойной флотилии. После развала Союза в доме ни разу не делался капитальный ремонт. И все бытовые проблемы жильцы решали самостоятельно и за свой счёт.

Садик. Я ходила в офигенный ведомственный детский сад от ЧМП. Там было всё. Бассейн, розы, вкусная еда, огромная территория и удивительные воспитатели. Но в начале 90-х его закрыли. Совсем. Не стало ЧМП. А государство брать на баланс не имело желания. Сад восстановили только в 2013-ом. Это было таким значимым событием в истории города и страны, что открывать его приезжал сам Янукович.

Школа. Довольно известная 100-я школа, где снимали «Приключения Петрова и Васечкина». Мама постоянно сдавала деньги на ремонт, родители сами покупали, вешали и стирали шторы, папы чинили парты, мы заклеивали окна и приносили из дома мыло, туалетную бумагу и мел. Зато на первом этаже, где раньше была раздевалка, открыли кооператив. И куртки мы таскали за собой по кабинетам. Впрочем, в этом был резон, ибо отопление в период царствования газовой принцессы Тимошенко было большой редкостью. А ещё мы учились во вторую смену и веерное отключение электроэнергии вносило элемент экстрима в школьную жизнь.

Бабушка. 40 лет отдала одесскому роддому. В итоге потеряла все свои накопления и осталась с мизерной пенсией. Даже в положенный ей санаторий поехать не могла. Их распродали или просто закрыли.

Кстати, я так и не знаю, что такое — смена в летнем лагере. Детские оздоровительные учреждения на побережье оказались лакомым куском и их в рекордные сроки приватизировали. В те же, что остались на балансе государства, отпускать ребёнка было просто страшно.

Мама. Она работала в НИИ «Шторм», который имел отношение к оборонной промышленности. Огромное предприятие, которое в 1991-ом просто закрылось. Сегодня там фитнес-клуб, автосалон, мойка и баня. Остальная часть территории так и простаивает. Есть инфа, что там что-то начали восстанавливать, так как «страна встала на военные рельсы», но мне от этого не легче. Потому что тогда, когда тысячи людей в один момент оказались на улице, нам никакая Украина помощи не оказала. И мама, человек в с двумя высшими образованиями, выкручивалась сама. А потом и вовсе уехала. В Америку. И там реализовала себя. Здесь же её самой большой перспективой был бы лоток на 7-м километре. В лучшем случае.

Я. Хорошо, что с детства мне внушали, что самое главное — это учёба. Не только потому, что дур никто не любит, но и потому, что у нас нет денег на платное обучение в институте. Я таки поступила на бюджет. Но бесплатным образование всё равно не вышло. Да и после его окончания пришлось барахтаться самостоятельно. Страна не была заинтересована в молодых специалистах без опыта работы.

А потом у меня родилась дочь. За которую государство выплатило мне аж 160$. Ну и потом каждый месяц по 30$ отстёгивало. Правда, через полгода (аккурат с началом премьерства Тимошенко) эта сумма всё уменьшалась. Но, ничего, как-то справлялись. Но почему-то всегда — самостоятельно.

Кредит на квартиру мне и то выдал немецкий банк. Украина лишь стыдливо слупила налог на недвижимость)

И, да! Если до 2004 года была какая-то надежда на то, что всё будет хорошо, пусть не завтра, но будет, потому что в союзе с Россией упасть на самое дно не дадут, то после оранжевой революции стало понятно, что всё будет плохо.

Догадываетесь наверное, что за период президентства Ющенко поводов для любви к Украине у меня не появилось.

А потом пришёл Янукович. За которого мы голосовали только потому, что он мог восстановить изрядно испорченные связи и отношения с Россией. Потому что, да!!!, Украина — такое же «независимое» государство, как я — испанский лётчик. И только Россия могла дать нам всё необходимое, чтоб хотя бы выйти на уровень 2004 года. С долларом по 5, работающими предприятиями, минимальными кредитами и прочими прелестями эпохи застоя имени Кучмы.

И только мы как-то выдохнули и расслабились, как случился ноябрь 2013-го. Что было дальше — все в курсе.

Но так как речь о личном отношении, то такие как я — за короткий срок стали в/на Украине гражданами второго сорта. Русскоязычные «колорады и ватники, сепаратисты и агенты Путина», которых можно безнаказанно жечь, расстреливать, давить танками и бомбить с воздуха. Наших родителей лишить всех социальных привилегий, детей засадить в подвалы, а нашу историю, память и сознание либо вывернуть наизнанку, либо запретить.

Если кто-то считает, что всё это сделано от большой и чистой любви к Украине, то, извините, отвечать взаимностью на откровенный геноцид и русофобию я не готова. Тем более, что тем, кто считает себя патриотом Украины, на самом деле плевать на страну.

Возврат Крыма им нужен для самоутверждения, а Донбасс для них — просто источник дохода.

Они так «любят» свою страну, что готовы продать самое ценное — землю. В обмен на безвиз, дешёвый лоукостер и химеру членства в Евросоюзе.

И вот ещё что. В России тоже были 90-е. А ещё там была Чечня, дичайшая приватизация и Ельцин. Но через десять лет хаоса нашлись силы, ресурсы и желание изменить ситуацию.

Да, Украине не повезло. У неё не оказалось своего Путина. Но ведь выбирать Ющенко, выходить на майдан и голосовать за Порошенко нас никто не заставлял. В принципе, будь у нас при власти Янукович, при правильном раскладе у нас тоже мог бы быть Путин. Не официальный, разумеется. И всё бы у нас было хорошо.

Но мы же, б…дь, так любим себя в/на Украине и the Украину в себе, что готовы наизнанку вывернуться и кожу живьём содрать, лишь бы показать эту любовь всем и каждому.

А останови маленького украинца, заставь перестать скакать, дай отдышаться и спроси — а за что ты любишь свою страну?! Только чур, Анну Ярославну, выкопанное Чёрное море, Бандеру и вышиванку не предлагать.

И что он ответит?! Да ничего. Начнёт мычать про гидность, SHIT Европы, весь мир с нами и Путина.

А какая к черту гидность, если зарабатывать на жизнь можно не дома, а в Польше или России?!

Какой SHIT Европы, если генофонд пачками в гробах из АТО возвращается?!

Какой весь мир с вами, если за сраный безвиз и призрачную перспективу членства в ЕС — землёй, адскими реформами и кабальными кредитами рассчитываться приходится?!

Какой Путин, если вы сами друг друга обманываете, грабите, подставляете, сдаёте и взрываете?!

Что вы можете сделать вместе, всей страной, кроме как выложить трЫзуб из сала, устроить беспорядки, напасть пятеро на одного, спеть гимн и проклинать Россию?!

Вы даже коллективный сбор крышечек на протезы и кружки по плетению патриотичных маскировочных сеток забросили. Лень и надоело.

Вся ваша любовь — она здесь, в интернете.

Но громкими словами и пафосом ещё никого не удавалось сделать сытым, здоровым, успешным и богатым. Я сейчас не о Пономаре)

Так вот. Любить страну можно и должно. Но при условии, что она платит тебе взаимностью.

У меня с Украиной не сложилось. Ей всегда было плевать на меня. А потом и вовсе я стала для неё опасным рудиментом. От которого всеми способами надо избавиться.

Можно, конечно, было попробовать доказать, что и мы, «совки» с русской душой, имеем право на существование. Но хочется именно жить, а не существовать. Причём, в нормальных и адекватных условиях. Украина на компромисс не готова. Там сейчас вообще всё под лозунгом радикализма.

Вот и пришлось нам расстаться…

Не с миром. Зато теперь всё честно.

И, да! Уж лучше искренне признаться в нелюбви, чем всю жизнь делать вид, что всё отлично, на людях показушно целоваться в десна, а в душе люто ненавидеть. И в конце концов убить себя этой ненавистью.

Я так не умею. Не могу. И другим не советую.

У меня всё!

P.S.

6-й роддом
Остатки того самого, некогда элитного 6-го роддома, который сегодня Украине оказался ненужным

Юлия Витязева, специально для News Front

Подробнее ...

Константин МОчар: "Больного раком Задорнова затравили в соцсетях" - мысли по поводу

653843

Прочитал у коллеги amurweb на КОНТе

статью Натальи Саниной из Свободной Прессы

"Больного раком Задорнова затравили в соцсетях"

https://cont.ws/@amurweb/65360...

Статья относительно небольшая, интересная - связано это и с именем очень популярного человека, любимого многими, и с темой (от болезни никто не застрахован).

Так что, "чисто" для удобства читателей (если вдруг кто данный текст упустил), приведу его целиком. Только, со своей - прошу прощения у  автора - редакцией:

                                                     *          *          *

                "Больного раком Задорнова затравили в соцсетях"

Когда говорят: соцсети - это помойка; похоже, это тот самый случай.

На днях по СМИ разлетелось сообщение: писатель-сатирик Михаил Задорнов, которому еще в октябре поставили диагноз: рак головного мозга, отказался продолжить лечение, простился с друзьями в России и решил остаться в Юрмале среди близких ему людей.

Сообщение пришло от неназванного друга сатирика, который и рассказал, что лечение не помогло и Михаил тает на глазах.  Все новостные ресурсы его слова перепечатали. 

Напомним, 23 октября 2016 года Задорнова увезли в больницу с концерта в Москве — ему стало плохо прямо на сцене. Диагноз — рак головного мозга — заставил отменить многие выступления. 

И, когда писатель о нем узнал, то  написал об этом в соцсетях, предупреждая слухи. Даже попросил своих поклонников высылать ему всякие смешные ролики, которые помогают бороться с болезнью.

Боролся он серьезно: прошел курс химиотерапии, лечение в германской клинике «Шарите» (Берлин), затем решил продолжить лечение в Прибалтике.

И вот — горькое сообщение о том, что Задорнов решил оставить попытки сопротивления недугу.

Правда, помощница и секретарь писателя Елена Заварзина слухи не подтвердила, сообщив, что информация не соответствует действительности.

Но обвал обсуждений в соцсетях уже было невозможно остановить.

Казалось бы — что тут скажешь, кроме слов сочувствия? Можно не разделять его взглядов, не любить его творчество, но простая человечность требует не добивать больного злобным «так тебе и надо»!

Между тем,  именно это и началось в российских соцсетях.

Люди, называющие себя либералами и борцами со всяческим злом, обрушили столько зла и ненависти на больного человека, что фейсбук задымился.

Особенно отличился Александр Сотник — довольно популярный в своих кругах ведущий информационного канала на youtube. Он не постеснялся, и написал умирающему, как он считал, человеку, открытое письмо, где гневно доказывал, что болезнь — это наказание Задорнову за его взгляды и рассказы, за смех его зрителей.

Мол, всех, таких как славившие партию Фадеев, Маяковский и прочие, ждет возмездие Судьбы.

Нет смысла цитировать это в высшей степени самодовольное и омерзительное письмо, в котором в роли Судьбы или Бога Сотник решил выступить сам. И устроить свой суд. Вот именно в это время. Ни раньше, ни позже.

К чести многих даже радикально-либерально настроенных деятелей культуры, совсем не разделяющих взглядов Задорнова, они не только не подписались под этими словами, но пришли в ужас.

И не побоялись об этом сказать на страничках в соцсетях.

«Давно не читала ничего более гадкого. Высокомерно, подло, бессовестно. Кто такой Сотник, чтобы отпускать грехи и у смертного одра поучать человека?!» «Нельзя злорадствовать по поводу болезни. Достоинство превыше всего». «Надо оставаться людьми, даже если кто-то говорит что-то, что вам не нравится. Не убивает, не грабит — говорит».

Что тут началось!

Авторов, посмевших высказаться против травли больного человека, тут же обвинили в предательстве идеалов.

Задорнова сравнили с Гитлером и Геббельсом: и грозно вопросили: если бы они болели, вы бы так же переживали?!»

В соцсети вылилось столько оскорблений — причем от людей, по долгу службы занимающихся культурой — кинокритиков, сценаристов, журналистов, что стало страшно.

Ведь именно они должны бы стоять на страже гуманистических рубежей. Очерчивать для общества границы этически дозволенного. И если даже считают, что их идейный противник такие границы где-то перешел, то самим оставаться в их рамках.

Ничего подобного.

Кстати, они же устроили такие же дикие пляски вокруг умершего Баталова, не простив ему высказывания за присоединение Крыма.

Эти стремящиеся к демократичной европейской культуре граждане так и пишут:

«…Баталова понять, Задорнова простить… Кто следующий? Может, всё-таки, приучать людей отвечать за свои слова и поступки?» или «Горите в аду!». И прочие столь же «высокотолерантные» пожелания.

Смотришь на это все и ужасаешься. А ведь если такие сторонники всяческих свобод придут к власти, они вполне могут устроить — и оправдать! — террор, не хуже ненавидимого ими сталинского.     Логика вполне подходящая: кто против нас, тот враг, а врага — будь то старики, дети, больные — уничтожают.

Не даются еще пока нашей оппозиции общечеловеческие ценности. Не идет непонятный гуманизм. И, похоже, даже милосердие уже не стучится в их сердца.

Остается им только посочувствовать. Как вскричал один авторов фейсбука, потрясенный уровнем комментариев к посту о болезни сатирика: да как же вы живете с таким адом в душе?

А Михаилу Задорнову можно только пожелать здоровья. И чувства юмора даже в такой тяжелой ситуации.

Без него, похоже, у нас в стране никак…"

* * *

Вот такой текст Натальи Саниной...

Да. с одной стороны, могу подписаться под каждым её словом.

Однако, есть здесь и другой аспект.

Мы ведь, без единого исключения,  существа биологические, на которых абсолютно всё влияет. Плоть которых (уже не говоря о психике) может пострадать от всего-чего угодно, и буквально в каждую следующую секунду.

И, вот так-вот, "героя рубать" (как говорят у нас на Закарпатье) лично я бы очень постерёгся - все мы, как говорится, "под Богом ходим", вне зависимости от степени нашей веры...

Если даже, отрицая  Фатум (предопределение), будем говорить только о случайности - но всё равно о Роке!

...Не забуду, как сказала соседка моей мамы по улице, когда мама привезла к себе своих престарелых родителей, мою бабушку Оксану и дедушку Ивана (из Полтавской области,где они прожили всю жизнь):

- А-а! Привезла стариков сюда умирать!

А дедушка Иван на это  буркнул:

- Ещё неизвестно, кто раньше умрёт!

И - точно! Случилось неожиданное...

Соседка, женщина совсем ещё не старая и вроде не больная, и года не прожила!

Да уж...  

С одной стороны, человек не виноват, что дураком или моральным уродом родился, однако, на карму это,  похоже, влияет...

Так что, с подобными предсказаниями, я бы очень посоветовал поостеречься 

Даже вне зависимости от того, сильно ты веруешь в Высшую Справедливость  или не очень. Даже если, по примеру немалого числа "демократов", ты вообще атеист.

Потому что каждый человек, хоть немного задумывающийся об этой жизни, отслеживающий её события, точно скажет:

- Как не крути, но есть в жизни очень, очень много непознанного и необъяснимого!

...А пока, например,   понаблюдаем за судьбой выше-упоминавшегося "судьи" Александра Сотника, в разрезе судьбы любимого нашего Михаила Задорова... 

                                                  *         *          *

Специально для журнала "Южнорусский фронт"

и сайта "Канал независимых новостей" -    http://cnl.su/

 

Подробнее ...

Владимир Бортко: «Своих бросать нельзя!»

bortko1

К съёмкам фильма «Убийство городов» по роману Александра Проханова режиссёр должен был приступить ещё в мае. Но съёмки так и не начались. «АиФ» решил выяснить, кто или что мешает Владимиру Бортко рассказать правду о происходящем в Донбассе.

=======================================

Юлия Шигарева, «АиФ»:

- Владимир Владимирович, о съёмках нового фильма вы объявили достаточно давно. Но дальше анонсов, насколько я понимаю, дело не зашло. В чем причины? Что не заладилось?

Владимир Бортко: Прежде всего мы хотим снять просто хороший фильм, в силу имеющихся талантов и возможностей. Однако история будет рассказана о крайне чувствительной точке нашей действительности. О Донбассе. Думаю, что это и вызывает некоторое сомнение у «осторожных людей». Поэтому придется говорить и о политике. Я не считаю, что кино кого-то может перевоспитать — искусство есть искусство. Но в данном случае может произойти мощнейший идеологический посыл. Который нужен нам, здесь, внутри страны. И нужен людям, которые живут и воюют там.

— И все же?

— Александр Проханов предложил мне экранизировать свою книгу «Убийство городов» — о добровольце, который поехал воевать на Донбасс, на что я с удовольствием согласился. Причем согласился не только я — когда Владимир Меньшов, которому я предложил одну из ролей, прочитал сценарий, сказал, что это не фильм, а поступок, и что он будет принимать участие в проекте в любом качестве. То же самое сказали Алексей Чадов, Сергей Пускепалис. Я считаю, что снимать подобные фильмы необходимо — чтобы донести до мира нашу точку зрения на происходящее. Когда люди гибнут там, и гибнут-то они за нас, оставаться равнодушным к этому невозможно. Но мы дали возможность высказать в этом фильме свою точку зрения и нашей, скажем так, либеральной интеллигенции. И тексты «в их исполнении» звучат там довольно крутые.

— Но что же вам говорят, отказывая в финансировании?

— Высказывают сомнения в сегодняшней необходимости этого фильма. Хотя наши украинские, я бы сказал, бывшие братья сделали фильм «Иней» и показали его на Каннском фестивале. Он рассказывает историю конфликта на Донбассе, но — с позиции той стороны. Не думаю, что это кинематографический шедевр, но ценность этой продукции в Киеве понимают. Потому что они осознают важность того, что делают. Хотя денег у них, между прочим, меньше, чем у нас.

Первый раз нас остановили ещё на уровне идеи, второй — на уровне сценария, третий — на уровне подготовительного периода. К счастью, каждый раз работа возобновлялась. Потому что существуют, слава богу, люди с иной точкой зрения на наш замысел. Меньше года назад мы получили 10 миллионов рублей (которые должны будем вернуть государству) на подготовку к подготовительному периоду. Сейчас снова подали документы в Фонд кино на получение финансовой поддержки. Что из этого выйдет, я не знаю.

— Это-то и непонятно: ладно бы вы снимали фильм с точки зрения «Эха Москвы» — я бы ещё могла понять причину такого сопротивления. Но ваши политические взгляды абсолютно понятны. В чем тогда сложности?

— Насколько я понимаю, опасаются, что фильм, выйдя на экраны, вобьет ещё один кол в наше противостояние с Украиной. Хотя — куда уже больше? Это во-первых. А во-вторых, какое мне дело до этих кольев? Я рассказываю о людях, которые там живут (я их видел — я ездил в Донецк) и которые нуждаются в том, чтобы о них рассказали. И чтобы они увидели нашу заинтересованность в них.

bortko2

Владимир Бортко: «Любовь до сих пор управляет миром»

Кино как оружие

— Вам высказывают опасения, что вы можете вбить ещё один кол во взаимоотношения между Украиной и Россией. Но Порошенко и без вашего кино такое количество всевозможных законов против России напринимал. У вас, человека здравомыслящего, есть объяснение, зачем он это делает?

— Книга второго президента Украины Кучмы называлась: «Украина не Россия». Вот это и есть основная идеологическая база существования самостийной Украины. Иных не содержится. И чем больше можно разделить один по сути народ — тем лучше для тех, кто им сегодня управляет. В полной мере это относится и к Порошенко. К тому же, у него впереди выборы. На чём-то же нужно свою программу строить. А на чем? На рассказах: вот, я воюю с агрессором проклятым, делаю все для того, чтобы вас защитить. Поэтому чем больше будем запрещать, чем больше будем отделять, тем лучше. Потому что если нет войны и тебе невозможно выступить в роли защитника Отечества, тогда украинский Петро пролетает на выборах, как фанера над Парижем. А так у него есть надежда.

— Вы сказали, что кино может служить мощнейшим идеологическим оружием. И Голливуд это оружие использует на 100 процентов — редкий фильм у них обходится без развевающегося в кадре флага и посыла: «Америка всех спасёт, потому как лучше и сильнее всех». И ни один критик их за такую откровенную пропаганду не ругает.— Конечно.

— Так почему мы разучились использовать это оружие — кино — нам на пользу?

— Да как сказать «разучились»… Мы не разучились. Просто… Извините, это мое личное мнение, но во власти сегодня достаточно много либерально настроенных людей. Например, правительство наше, экономическая его часть, — это либералы. Со всеми вытекающими отсюда последствиями. А ведь есть же, господи, хорошая книжка — Библия. Там все написано. Где богатство твое — там и сердце твое. Где богатство наше? Вот и весь сказ! Зачем рубить сук, на котором сидишь? Да что говорить, самый большой наш успех, самое дорогое достижение — Крым. Да, мост мы строим, но отечественного Сбербанка, например, там нет. А где он? Работает на Украине. И что-то не видно в Тавриде толп наших инвесторов. А почему? Боятся санкций США. На своей земле.

К тому же, и это факт, интеллигенция достаточно сильно разделена. Это, собственно, касается и всего околокиношного пространства, и СМИ. И этот факт я ощущаю на собственной своей биографии. И Проханов это ощущает, и Володя Меньшов это ощущает. И если говорить о творческой интеллигенции Москвы, я бы не сказал, что мы в большинстве.

— Отечественному кинематографу сегодня ставят в вину то, что он не успевает за жизнью, что слишком уж увлёкся историей. И в самом деле: почему сегодня чуть ли не каждый второй режиссёр не в настоящее или будущее, а в прошлое смотрит?

— Потому что драматургии нужен конфликт — она без этого не существует. Копаться в современных конфликтах, к чему это ведет — яркий пример судьба фильма, о котором мы говорим. Почему действие почти во всех криминальных сериалах, выходящих на ТВ, происходит или до войны, или в 60-70-е? Потому что происходящее на экране ничьих интересов не задевает. А если сейчас будем разбираться со всеми делами (не будем называть вслух эти фамилии), тогда что будет? Поэтому лучше не копать это. Давайте ещё раз про Гастроном № 1 расскажем или что там у них в 50-е годы происходило. Тихо, спокойно, мирно и даже красиво получается.

bortko3

Владимир Бортко: страну ныне объединяют три составляющие, и Путин — главная

— При этом всё чаще и чаще, а уж особенно в год 100-летия революции, звучит мысль о примирении.

— И вот тут мы неизбежно приходим к разговору об устройстве страны. Ведь Россия устроена совсем не так, как Франция, Англия или Германия — если вам, конечно, интересно говорить на эту тему.

— Конечно, интересно!

— Россия не только многонациональна — сейчас и Германия многонациональна, про Францию нечего и говорить: приезжайте в Париж и посмотрите, что там происходит. Так вот, Россия не только многонациональная и многоконфессиональная — это бы ещё ничего. Но она у нас ещё и состоит из разных государств. Например, Татарстан — это государство, со своей землей, президентом, флагом. Со своей историей, которая ненамного меньше, чем история России. 

Поэтому для управления всеми этими 160 народами, живущими на территории России и находящихся на разных периодах своего исторического развития, а также для сохранения целостности страны, царь-батюшка просто необходим — иначе все распадается. Удержать всех вместе может только сильная центральная власть. Но тут же появляется кто? Недовольная либеральная интеллигенция — сходу, мгновенно. И так было всегда. Первый либеральный интеллигент кто был?

— Князь Андрей Курбский?— Абсолютно точно! Политэмигрант и диссидент 1564 года. Сбежал за границу и оттуда писал письма Ивану Грозному — не могу здесь жить в твоей кровавой империи, жутко….

Но царь-батюшка может разные ипостаси принимать, в том числе и Генерального секретаря. И это устройство для такой страны, как наша, было, на мой взгляд, лучшим. Вспомните советские времена. Дружба народов, может была и фальшива, как говорят либералы, но по городу Грозному вы могли ходить спокойно, как и по Москве, да и жили в нем в то время 60% русских, а сейчас менее 1%…

«Они стоят на рубеже»

— Вы съездили в Донецк…

— Да. Меня там даже пистолетом наградили, Стечкиным… Правда, пришлось его там оставить.

— То, что вы там увидели, совпало с вашими ожиданиями?

— Оно превзошло мои ожидания. Я ждал более печальные настроения, поскольку понимаю, что это такое — жить в окружении. А увидел нормально существующий город. Не скажу, что это похоже на Лазурный берег, но и на ужас и кошмар не похоже. Я увидел там людей, которые мечтают о том, чтобы великая Россия протянула руку и взяла бы их. Они же прекрасно понимают, что делают: они стоят там на рубеже, охраняют нас! Там в ополчении много людей, я бы сказал, не очень молодых — лет по 40 с чем-то. 

Они не профессиональные военные. Кстати, я пытался, искренне пытался найти наши войска, но так и не нашел. Видно тщательно прячутся. Так что армии нашей я не увидел. Но я видел достаточно лютую ненависть людей, живущих там, к живущим на той стороне. Да и как иначе, когда по ним стреляют? Объединить их, на мой взгляд, абсолютно невозможно — когда с обеих сторон есть убитые, никакие Минские соглашения ситуацию не изменят.

— Но как-то ведь из этого конфликта надо будет выходить?

— Конечно, нужно! Как? Признавать их надо, их независимость. А лучше принять в Россию. Всё. Второго варианта нет. Да, это вызовет очередные негативные эмоции у мировой либеральной общественности. Но, думаю, переживем. А если отдадим на поругание… Ну тогда, знаете, лично у меня, да и подавляющий части нашего народа будут ощущения… Не очень веселые, прямо скажем.

— А в фильме вы какой основной посыл хотите проговорить?

— Нельзя оставлять этих людей в одиночестве! По сюжету герой попадает в ту зону конфликта совершенно случайно — денег хотел заработать, книжку написать. А заканчивается всё тем, что он, уже выйдя оттуда, вновь возвращается. Идёт обратно и стреляет, чтобы защищать ту жизнь, тех людей. Именно так, кстати, поступил Захар Прилепин — Хэмингуэй наш! Но рассказать эту историю не очень хотят.

Досье

Владимир Бортко. Режиссёр, сценарист. Родился в 1946 г. в Москве. В 1974 г. окончил Киевский институт театрального искусства им. Карпенко-Карого. Снял фильмы «Собачье сердце», «Идиот», «Мастер и Маргарита», «Пётр Первый. Завещание» и др.

Источник

Подробнее ...

101 life

Администрация сайта не несет ответственности за содержание материалов размещенных на сайте независимыми авторами. Проект является независимым и придерживается свободы слова. Все права на материалы принадлежат их авторам.

Real time web analytics, Heat map tracking

101 life

Яндекс.Метрика
Besucherzahler
счетчик посещений

 

Рейтинг@Mail.ru